Пришельцы из будущего представляют собой один из мощнейших козырей, и кто их будет держать в узде, точнее дружить с ними, тот получит неоспоримое преимущество в ближайшее время. Главное, не позволить им играть свою партию в одиночку, как это предполагало сделать руководство спецслужб России из будущего. Следователи НКВД очень тщательно допросили капитана Ненашева, получив много полезной информации, в том числе и о планах ФСБ по инфильтрации на территорию Южной Америки с последующим выходом на финансовые рынки САСШ и захвата банковской системы мира. Это с удовольствием сделал бы и сам Сталин, только вот, судя по всему, спецы из будущего не собираются согласовывать свои планы с ним. Только страх перед второй волной ядерной войны в будущем заставил их идти на поклон к Страннику, чтобы получить проход в мир 41-го года.

Поэтому после резкого ответа Судоплатова Сталин только усмехнулся и ответил:

— Павел Анатольевич, вы не волнуйтесь. Я тоже думаю над этим и, поверьте, мне очень не хочется, чтоб великая страна превратилась в третьесортную, как там говорят потомки, банановую республику. Особых гарантий я дать не могу, но предложения по этому вопросу к товарищу Страннику у меня есть, но это чуть позже. У вас что-то еще?

— Да. В связи с этим вопросом Странник просил передать вам видеофайл, но зашифрованный вашим личным паролем.

— Хм. Давайте посмотрим.

Судоплатов, который уже освоился с техникой будущего, показательно спокойно достал из папки подаренный ему Странником планшет, мазнул пальцем по экрану.

— Вот, товарищ Сталин, надо ввести ваш пароль.

И передал планшет Сталину, который, имея такое же устройство для чтения особо секретной документации, ввел пароль и запустил видеофайл, называющийся «Николай Стариков: Почему убили Сталина?».

Хозяин кабинета поднял голову и уставился на Судоплатова.

— Вы знаете, что тут?

— Странник сказал, что мне тоже будет интересно.

— Ну раз так, то давайте посмотрим.

Запустив файл, Сталин поставил планшет так, чтоб было видно и Судоплатову, и оба человека в этом кабинете заинтересованно уставились на экран.

На фразе «После того как Сталин был отравлен, кажется, в 49-м году…» оба человека в кабинете как-то синхронно напряглись.

* * *

Казалось, что стальной обруч сжимает голову и на душе постоянно скребли кошки. Такое же состояние у меня было еще во время службы после окончания военного училища, когда ожидался приезд комиссии из Генштаба, и на молодого лейтенанта понавесили столько всего, что голова пухла, и он просто не знал, за что раньше хвататься. Отцы-командиры, которых было до омерзения много, дергали чуть ли не каждую минуту, требуя результатов, и внутреннее напряжение и некоторое отчаяние накапливались, потихоньку приближаясь к критической точке. Вот так я и сейчас — куча дел, жуткий цейтнот по времени и, главное, по каждому из вопросов нужно принимать взвешенное стратегическое решение, причем последствия ошибки могут быть катастрофическими для всей нашей небольшой колонии выживших в огне Третьей мировой войны.