Опять молчание. Павлов не выдержал:

— Кондор, вашу мать, ответьте!

Шипение и веселый голос ответил:

— И тебе не хворать, Мозг.

Капитан, несмотря на искажение голоса системой кодирования, узнал голос Коли Кафтайкина, который был откомандирован куда-то в распоряжение Судоплатова, и его присутствие у летчиков вообще было чем-то необычным.

— Хм. Кондор, у нас минутная готовность.

— Вас понял, начинайте. Мы идем на круг с трехминутным временем подлета.

— Начинаю отсчет.

Отключившись, Павлов снова включил тактическую радиосвязь и скомандовал:

— Всем. По фашистским захватчикам… Огонь!

Мгновение и все вокруг заревело и небо раскрасилось многочисленными огненными стрелами, уходящими в темное небо. Поднятый реактивными струями снег огромными облаками накрыл стоящие установки и как в каком-то фантастическом фильме из белых облаков вылетали ракеты и, оставив за собой дымный след, удалялись к горизонту, чтоб обрушиться на головы фашистов.

Это было непередаваемое чувство силы и мощи, которой ты управляешь и применяешь на благое дело. Все завороженно смотрели на это зрелище и наверняка чувствовали то же самое. Там, куда улетели ракеты, уже грохотали взрывы и начало разгораться зарево. Несколько мгновений и ночь осветилась ярчайшей вспышкой: высоко в небо поднялось огромное пламя. Чуть позже основательно тряхнуло ударной волной, но она воспринималась как весенний теплый ветерок, несущий прохладу и очищение…

Но боекомплект не резиновый, и, выпустив все ракеты, машины взревели двигателями и по инструкции стали сразу покидать позиции.

Во время удара в воздухе уже висели вертолеты, чтобы прикрыть отход дивизиона реактивных установок и в некоторой степени с высоты могли оценить результаты стрельбы. Уже в отъезжающем бронетранспортере Павлов связался с вертолетчиками.

— Стрекоза, на связь.

— На связи, Мозг.

— Как отстрелялись?

— Трудно рассмотреть. Там все горит и взрывается. Даже не знаю, стоит ли бомберам присоединяться.

— Есть приказ.

— Понятно. Сам их обрадуй.

— Второй залп нужен?

— Не вижу смысла.

— Вас понял. Отхожу к точке эвакуации.

Снова включив дальнобойную радиостанцию, связался с бомбардировщиками:

— Кондор…

Его сразу перебил Кафтайкин:

— Да видели все. Тут даже слепой увидит.

— Мы уходим, дело сделано.

— Молодцы. Удачи.

Колонна уходила обратно, прикрываемая сзади четверкой танков, которые в случае чего должны были задержать противника. Но немцы, деморализованные неожиданным ударом, даже не поняли, что по ним нанесли удар реактивные минометы, поэтому колонне удалось спокойно улизнуть и даже прихватить за собой восемь грузовиков, забитых военными грузами. Где-то сзади в небо постреливали редкие зенитки, в надежде зацепить хоть что-то летающее с красными звездами.