— Вас понял.
Немецкие танкисты быстро сообразили, что у них не все так гладко и, потеряв в стычке с ротой русских танков семь машин, прекратили утюжить окопы и стали пятиться назад, тщательно обстреливая места, где засели наши танки. Учитывая отсутствие у них радиосвязи, они действовали весьма изобретательно и спокойно, без паники, сразу видно профессионалов.
— Дуб, на связь.
— На связи Ольха.
— Прошу поддержки. Нужен отсекающий огонь.
— Укажите цель.
— Делаю.
Выбрав на планшете зону между двумя линиями окопов, где перебежками двигался чуть ли не батальон немцев, Сергиенко нажал копку «Синхронизировать».
— Ольха. Заявка принята. В течение двух минут будет артналет. Что у вас с семеркой?
— Повреждена близким взрывом, нужна эвакуация.
— Пока не получится, оба тягача в первой роте, они уже две машины потеряли.
— Вас понял.
Переключившись на ротный канал, объявил:
— Всем. Бьем с коротких, ждем налета, потом сразу рывок за огневым валом.
Переключившись на ТПУ, скомандовал:
— Саныч, вперед. Короткая и назад.
— Понял, командир.
Танк взревел, выскочил из лощины, остановился. Пока Сергиенко ловил в прицеле силуэт немецкой «троечки», командирский Т-34 вздрогнул, получив прямое попадание в лобовую броню. От удара заложило уши, но, отвлекшись на мгновение, капитан нажал на спуск, и пушка лязгнула, откатившись назад, выкинув гильзу. Он явственно видел, как над немецким танком вспух ослепительный шар, но тут же заревел двигатель и Т-34 командира роты откатился обратно, спрятавшись в лощине, его тут же заменил танк командира первого, тоже выскочивший наверх и замерший, прицеливаясь перед выстрелом.
В ТПУ ругался Саныч.
— Командир, вот долбануло. Зато видел, как немец вспыхнул…
На экране планшета пошла пометка о нанесении артиллерийского удара. Впереди загрохотало.
— Вперед.
Танки рванули и начали выскакивать из лощины один за другим, расходясь широким фронтом. На соседнем фланге почти синхронно появились пять танков второго и третьего взводов. Все делалось как на учениях: максимальная скорость, лавирование, чтоб сбить прицел немецким танкистам, короткие остановки, прицеливание и выстрелы. К общему удивлению, немецкие танкисты прекратили стрелять и многие бронированные машины с крестами просто остановились и не подавали признаков жизни или медленно пятились назад. «Тридцатьчетверки» Сергиенко как в тире расстреливали замершие машины противника экспериментальными подкалиберными снарядами и, выскочив ко второй линии окопов, сбросили десант. Чуть позже, заняв позиции на месте разгромленной противотанковой батареи стрелкового полка, с дальних дистанций стали обстреливать остатки прорвавшейся танковой группы противника, которые пытались задним ходом переправиться через подорванные немецкими саперами скаты противотанкового рва. Дожав прорвавшихся к окопам немцев, рота Сергиенко при поддержке мотострелков и остатков стрелкового полка двинулась в атаку. Очистив первую линию окопов, танкистам пришлось отступать — противник открыл массированный артиллерийский огонь по отбитым позициям, стараясь нанести максимальный урон русским танкам.