Практически сразу я услышал топот ног. Шаги смолкли, и я рванул дверь на себя. Рванул и тут же выстрелил. Ба-бах! На этот раз на пол полетел Юрик. А я повернулся выстрелил в конец коридора. Туда где из открывшейся двери появился охранник, прибежавший с нижнего этажа.

Бах! Бах! Я его опередил. Он рухнул, не успев сделать ни одного выстрела. Из игровой комнаты выглянул Кутя. Увидел меня и глаза выпучил. Я, ничего не говоря, вернулся в кабинет.

— Школяр! Ты охерел⁈

Кутя влетел в комнату вслед за мной и остолбенел. Взгляд его скользнул по трупу Паука и упёрся в нутро сейфа.

— Охерел… — тихо повторил он. — Ты чё творишь…

— Ты знаешь, что он мне предлагал? — жёстко отчеканил я. — Знаешь, да. А чё ты сделал? Посмеялся?

— Э, э, ты чё несёшь! Убери ствол. Вон бабки возьми. Смотри сколько…

— Меня бабки его не интересуют, я на свои привык жить.

Я дёрнул ящик стола и схватил тетрадь.

— А ты если хочешь забрать бабло, — добавил я, — возьми волыну у Юрика. Внизу трое кентов с пушками.

— Ты чё, дурак, Серёга? — покачал Кутя головой, а глаза его уже бегали, шарили по шкафам, искали сумку или пакет, куда сложить бабки.

В комнату влетел Парус.

— Толян! — заорал он. — Чё за блудняк⁈

— Экспромт, ё-моё, — ответил Толян. — Не кипишуй, братан. Забери плётку у Юрика.

Я набрал Кукушу.

— Как дела? — спросил я.

— Пока всё тихо, — ответил он. — Кипиша нет. У тебя как?

— Норм. Потом позвоню.

Парус забрал из руки Юрика пистолет.

— Сука! Сука! Сука!!! — прорычал Парус. — Пацаны, чё за беспредел⁈ Нас сейчас завалят. Положат здесь! Кутя, в натуре!!!

— Не скули, — бросил тот, набивая бабками мусорную корзину. — Раз врюхались, хотя бы лавэ заберём.

В коридоре раздались крики. Топот. Я опустился на пол и осторожно выглянул. Из игровой выскочил дядька, игрок. И тут же хлопнул выстрел. Дядька вскрикнул и выдал трёхэтажную конструкцию с использованием не более двух-трёх слов. Он упал передо мной, прикрыв от посторонних взглядов и захрипел

Стрелок на другом конце коридора вытянул шею, пошёл в нашу сторону.

— Не стреляй, братуха! — крикнул Парус. — Тут Паука ранили! У меня нет оружия. Ты сам проверял. Я чистый!

Он осторожно выглянул в дверной проём.

— Доха, это же я, Парус!

— Где Паук⁈ — крикнул Доха.

— Здесь он. Раненый.

Толян громко застонал, изобразив Паука.

— Где стрелок⁈

— Его Семён завалил!

— А где… — начал Доха задавать вопрос про Семёна, но Парус оборвал его на полуслове.

— В Караганде! — воскликнул он, выглядывая и нажимая на спусковой крючок.

Доха упал, а Парус схватил бутылку виски и начал лить на бумаги и мебель.

— Десять негритят, — приговаривал он сквозь зубы. — Пошли купаться в море…