Но зато я встретился с Гагарой. Пришёл к нему домой. Он жил на Патриках, так что идти от Ширяя было недалеко. Ширяю не объяснял, сказал, просто погулять хочу, столицу посмотреть.

Гагара торчал один в огромной хате.

— Крас! — обрадовался он. — Красава. Заходи.

Обнял меня, оторвал от пола, покрутил.

— Ну ты в натуре Кинг-Конг. Осторожней, рука не зажила ещё.

— Ты надолго?

— Не, вечером улетаю сегодня.

— В Верхотомск?

— Да, домой. Костик спрашивал про тебя, кстати.

Про Костика я соврал, чтобы сделать ему приятное. С Костиком я и не виделся уже сто лет.

— Знаю, я ему звонил, — ответил Гагара. — Как там туса прошла вчера? Дискотека.

— Глитч отжигал не по-детски, Медузу троллил.

— Ага, — заржал Саня. — Я рилсы смотрел. Орал в голос с него. Настя тоже круто отожгла с краской. Огнище.

В сердце кольнуло, но я виду не подал.

— Надо было тебе прилететь, неплохо было, — подмигнул я. — Ну что, погнали на «Кайене» по Москве поносимся?

— Не, — погрустнел Гагара, — мне нельзя брать, да и ключей нет.

— А я «Мустанга» забрал, гонял вчера. Саня, ты не поверишь, это не тачка, а дикий зверь. Так что давай, прилетай. Прокачу.

— Не получится, я завтра на Бали к матери улетаю. На все каникулы. Новый год и все дела.

— Ну, а чё кислый? Хорошо же? Воздух, солнце и вода — наши лучшие друзья.

В общем, день я протусил с Саней Гагариным. Он был весь в непонятках. Мать, съехавшая на Азии несла пургу, имуществом не занималась и что делать своему чаду тоже не говорила.

— Я бы действительно уже к вам поехал доучиваться, — усмехнулся он. — В провинцию.

ХХХ

Вечером Давид подобрал меня на Маяковке и повёз в Шереметьево. Мы вылетели в Новосибирск и рано-рано утром были на месте. Мы сели в джипик «Лексус» и поехали в сторону дома. Хотелось спать.

— Далеко ехать? — спросил я у водителя.

Давид посадил меня на переднее сиденье, а сам уселся сзади.

— Не, до Кольцово махом долетил, — ответил водила.

— А что там делать в такую рань?

— Костры жечь, — усмехнулся Давид.

Мы приехали в этот посёлок явно городского типа. Промчали мимо массивов многоэтажек, мимо странной футуристичной гусеницы из стекла и бетона, въехали в район больших частных домов и, поплутав немного, заехали на территорию какой-то организации. Название я прочесть не успел. Территория была огорожена железобетонными плитами. В центре находилось небольшое здание, тоже железобетонное. Рядом стояли машины, покрытые слоем инея. Светили фонари.

Мы вышли, а из избушки выбежал немолодой заспанный чел в пуховике и спортивной шапке.

— Давид Георгиевич, — залебезил он, — с приездом вас, проходите. Я чайник поставил, сейчас закипит, как раз.