— Максим! — всхлипнул он, так и продолжая лежать на спине. — Максим, откуда⁈

— Через кухонную форточку, — коротко объяснил я. — Вы-то как себя чувствуете?

— Да бывало и лучше, — грустно пошутил он, приподнимая голову и пытаясь разглядеть свой живот.

— Волдырей вроде нет, только покраснение, — успокоил я его. — Встать сможете?

— Попробую.

Когда Фрумкин немного оклемался, смазав живот растительными маслом, я спросил, как эти типы проникли в его квартиру. Оказалось, Вадим Николаевич ждал мастера починить кран в ванной, ему из ЖЭКа обещали, что тот придёт в течение дня. Вот он и обрадовался, когда, спровадив человека, который принёс ему тарелки для ударной установки, следом в дверь снова позвонили, и он увидел в дверной глазок мужика пролетарской наружности, представившегося сантехником.

Я покосился на стоявший у стены обтянутый коричневым кожзамом видавший виды чемоданчик.

— Это его?

— Да, ну сами посмотрите, вылитый же сантехник!

Я открыл чемодан, в нём лежал одинокий разводной ключ. А что, таким по кумполу тюкнуть — мало не покажется. Закрыл и носовым платком протёр замки. Вроде только их касался. Ни к чему оставлять свои «пальчики» на криминальных вещах.

— А второго не видели в глазок?

— В том-то и дело, что нет, видимо, стоял сбоку.

Я подошёл к Черепу и легонько пнул его в бок носком кроссовки.

— Слышь, ты правда что ли сантехник? Что-то у тебя руки для сантехника не очень мозолистые.

— Да пошёл ты на ***, фраер дешёвый!

— Почему это сразу дешёвый? Может быть, я и фраер, но уж точно не дешёвый. Так ты будешь колоться? Мне-то, в принципе. без разницы, кто ты, следствие разберётся.

— Максим, давайте только без милиции, — сложил ладошки Вадим Николаевич.

Он взял меня под локоток и отвёл в соседнюю комнату, прикрыв дверь.

— Вы же видите, в сейфе валюта, драгоценности, — зашептал он. — У меня, конечно, есть знакомые в органах, но с такими суммами даже они меня не прикроют.

— Так вы их спрячьте куда-нибудь по-шустрому, свои баксы с драгоценностями. Пока будете прятать — я этих покараулю, а потом вызовем милицию.

— А эти-то всё равно расскажут на допросе про сейф.

— Не факт, могут и умолчать. Хотя… Могут и рассказать, тут бабушка надвое сказала. С другой стороны, нет валюты — и предъявить нечего. Вы-то что сами предлагаете?

— Ох, — потёр он ладонью до синевы выбритое лицо. — Даже не знаю… Есть у меня и в других, скажем так, кругах, знакомые, я могу попросить их решить вопрос с этими залётными… А это точно не наши, местные меня знают, я им отстёгиваю, а они за это меня не трогают и как бы защищают. Получается, это их недочёт… В общем, по мне лучше уж к бандитам обратиться за помощью, чем к милиции.