— Эрвин, да? Что-то случилось?

— Да, действительно. Погибли двое моих подчиненных. Марил сказала — подойти к вам.

— Двое, хм-м-м… рассказывай, что произошло! — распорядился глава.

… — Говоришь, напал отряд из четырех человек? И у их главного был настоящий мохнатый хвост? Что-то похожее мне недавно попадалось, — задумался мужчина. — А! На этих бандитов есть задание! Башку лидера притащил?

Эрвин отрицательно покачал головой:

— Он самоуничтожился. Разнесло все к духам, даже пальца не получилось бы раздобыть, не то что такой крупной части, как голова.

— Плохо… значит, награду за их ликвидацию не получишь. На будущее — если такое происходит, старайся притащить голову главаря. Ладно. Тела наших ребят принес обратно, надеюсь?

— Да, конечно.

— Тогда пойдем, выгрузишь их в одном месте. Хотел бы я тебе сказать, парень, не запоминай где это… но чует мое сердце, может еще не раз понадобится. Жизнь — штука длинная. Но не у всех, да.

Выложив оба тела на деревянные топчаны в отдельном подвале, напоминавшем холодный погреб, мужчина указал на пространственные кошельки:

— Почему оставил?

— Пусть их вещи отправят родственникам, вместе с телами. Вы же сделаете это?

Глава ободряюще сжал руку на плече Эрвина:

— Конечно. За это не переживай. Мы же Братство, а значит — почти семья!

* * *

Сад Памяти примыкал к территории отделения Братства. Визуально — ничего примечательного. Просто огороженная территория, на которой члены Братства высаживали деревья. Тут было их множество. Большие, в тени которых приятно отдыхать, средние и совсем молодые саженцы. Можно было найти как фруктовые деревья, так и обыкновенные, которые встречаются в любом лесу. Однако у всех деревьев была одна общая черта — на каждом висел знак Братства — металлическая десятилучевая звезда, с пробитой посредине дырой. На старых деревьях они были ржавыми, а на самых молодых — новенькими, блестящими.

По протоптанной тропинке молча шли четверо — Эрвин, Менно, Селма и Амали. Эрвин нес в руках два новых саженца дерева. Пройдя метров пятьсот, они свернули на пустынный участок, залитый ярким солнечным светом.

— Давайте тут? Клеменсу всегда нравилось солнце… — попросила Селма.

Эрвин аккуратно положил саженцы на землю. Вдвоем с Менно они несколькими ударами боевого оружия выкопали небольшие ямки. После чего поместили туда саженцы, и, присыпав землей, слегка утрамбовали. А девушки тщательно полили каждое деревце.

Эрвин достал два знака Братства — те, что принадлежали Джокэну и Клеменсу. Они уже были пробиты посредине, и, таким образом, стали недействительны. Пока юноша привязывал их к деревцам, в глазах Селмы заблестели слезы. Амали казалась спокойной, только крепко сжатые кулаки выдавали ее эмоции. Менно нахмурился, что-то вспоминая.