под заклятьем правды). Рожает сына. Правда, здесь уже имеется загвоздка – ребенок сразу становится рабом. Как так? Да и документ лишь пять лет назад выписан. А, вот разъяснение… отдан в янычары как султанская доля. Документ об изъятии движимого имущества не сохранился, а имеется… по сути, приказ о его передаче от одного материально ответственного лица другому. Далее. Тогда же… ни хрена себе! Налет кочевников на Тунис. Дворец паши захвачен и разрушен, как мир насилья, до основания, архив спалили, но часть подшивок лишь обуглилась, потому кое-что осталось. И гарем, стало быть, поменял хозяев. Ага. Но двое евнухов сбежать умудрились, целые и невредимые. Да, именно так, вот и бумаги соответствующие, надлежащим образом проверенные. Как это, интересно? Так. Еще через пять лет госпожу де ла Сьот кочевники продают в рабство стамбульскому кубе-визирю, где ее сразу в гарем, к привычному делу приставляют. Ну да, вот и подтверждение статуса – хазнедар, не хухры-мухры. Казначей гарема, однако. Не у султана все-таки, но и у премьер-министра, что тоже неплохо. Во дворце того визиря, стало быть, и встречает сынка, который рос-рос да и дорос до чурбачея. Офицера, стало быть. И вот где-то пару месяцев назад мамаша с сыном воспылали любовью к исторической родине, да и рванули в славный град Париж, наплевав на все погони и не забыв обложиться бумагами. Круто, надо признаться. Поверить в эту сказку – надо быть или наивным ребенком, либо… да, либо оказаться под таким внушением – Вольф Мессинг отдыхает. Документы, конечно, железные, но, учитывая магическую силу «сынка», и второй вариант более чем возможен. И теперь эту проблему надо решать. Ему, бывшему российскому чекисту, бывшему амьенскому полицейскому… Только вот нынешнему королевскому интенданту этим заниматься нельзя. Категорически. Сюзерен, черт возьми, не велит. Об этом де Камбре думал всю дорогу, и лишь на подъезде к Амьену помаленьку стало вырисовываться решение. Вначале как пунктирный набросок, оно стало проявляться, принимать все более четкие контуры, пока не сформировалось в полноценный план. Который должен был предусмотреть все и неминуемо привести к победе. Только кто и где такие планы видел? * * * Вновь светлый и солидный кабинет королевского интенданта в Амьене. Юный долговязый секретарь де Сите, смешно надувающий щеки, стремясь придать себе хоть каплю солидности, поставленным, почти оперным баритоном докладывает: – Лейтенант де Савьер к его сиятельству! Громко докладывает. Настолько, что сразу захотелось почесать