Зевнула. Раз, другой.

В библиотеке тем временем уже звенел маленький часовой механизм у стойки. Близилось время, когда лекции у Клэйда заканчивались, и он обычно искал меня перед ужином. Я знала его маршрут наизусть. Сначала аудитория, затем коридор, затем сад, и если меня нет в саду, он шел в библиотеку. Сегодня я заранее сказала Алифанте, что собираюсь засесть с книгами. Алифанта непременно передаст.

Я отложила перо, прижала пальцы к закрытым векам.

Сидеть так пришлось еще минут двадцать. За это время я успела дважды беззвучно прокрутить в голове предстоящий разговор. Где буду медлить, где запнусь, где улыбнусь виновато, где соглашусь слишком быстро, а где помедлю.

Створка двери у входа в зал чуть скрипнула.

Я не подняла головы. Опытным боковым зрением я уловила знакомую светлую шевелюру, неторопливую походку и хорошо сшитый серый плащ. Клэйд тихо переговорил с библиотекарем, прижав к губам палец, и вошел в зал.

Я продолжала смотреть в чертеж.

Шаги приблизились. Знакомый запах кожи, кедрового мыла и легкой сухой пыли осенних аудиторий. Тень упала на лист.

— Дэйна.

Я медленно подняла голову, моргнула, словно с трудом отрываясь от чего-то важного. Изобразила усталую улыбку.

— Клэйд. Я не заметила, как ты вошел.

— Я и сам не уверен, что ты в принципе кого-нибудь сейчас замечаешь. — Он наклонился над столом, мягко коснулся ладонью моего плеча. — У тебя вид загнанной лошади. Ты вообще ела сегодня?

— Кажется, утром был чай.

— Дэйна.

— Что?

— Уже половина шестого вечера.

Я виновато моргнула. Опустила взгляд на пальцы, перепачканные графитом, и слегка вздохнула. Жалоба должна выглядеть как мимолетная промашка, а не как просьба о жалости.

— Я просто хотела закончить одну мысль. Увлеклась. Прости.

— Что за мысль?

Клэйд выпрямился. Его взгляд скользнул по столу, и я успела заметить, как он тут же отметил все: и учебник по резонансам, и хаотичные пометки, и центральный лист со схемой. Голубые глаза задержались на чертеже ровно на ту долю секунды, которая выдает истинный интерес.

Попался.

Я мягко прикрыла лист сверху ладонью. Жест получился небрежным, словно я машинально опираюсь рукой, а не прячу набросок. На самом деле этот мелкий жест был приманкой. Спрятанное всегда вызывает больше любопытства, чем выставленное.

— Так, ерунда. Я даже не уверена, что в ней есть смысл.

— Покажи.

— Клэйд, оно совсем сырое.

— Дэйна, родная. — Он положил ладонь поверх моей и осторожно отвел ее в сторону. — Между нами не должно быть тайн в работе. Покажи. Возможно, я смогу подсказать, в какую сторону развивать.