— И откуда ты столько знаешь? — я была в шоке от таких подробностей.

— Люблю ходить в гости к бабушке и слушать разные истории, — улыбнулся Тинде, скромно умолчав к какой именно прабабушке ходит.

Судя по подробностям, она может оказаться ровесницей Владыки.

— А как же полукровки? — не умещалось у меня в голове.

— Наследовали полностью материнские гены, — отмахнулся эльф, — Но не это должно тебя волновать. Айлех уважает и любит свою мать, а её отец и старший брат погибли на войне с тёмными. Она до сих пор по ним скорбит. А слухи что ты приложила свою магию к мирным переговорам уже просочились. Думай Тэрри, ты же это умеешь.

— Да поняла я твои намёки, — отмахнулась от хитрого взгляда васильковых глаз, — Наш бледный знакомый и так воспринял моё появление на Острове как святотатство, потом решил, что если бы я дала себя убить, то Габран выжил бы. А теперь я героически помогаю тёмным, про которых он слышал только плохое. Так ещё и их из родного дома хотят выгнать, чтобы они вторую войну случайно не начали. И по его логике снова виновата я, ведь не будь меня, не было и мира с тёмными. Всё или что-то забыла?

— Всё, — улыбнулся Тинде, поднимаясь со своего места, — Будь осторожна.

— Обязательно, — улыбнулась и тоже встала, — До встречи.

Естественно, я пошла в мастерскую, хотелось проведать Азарета, и осмотреть новый артефакт ещё раз.

Опросила и проверила некоторые свойства. Правда призрачный тёмный ворчал, что я донимаю его расспросами, но не исчезал как обычно. Думаю, ему тоже было интересно узнать больше о своём новом вместилище и разобраться в способностях.

Эмоции Азарета вернули мои мысли к артефакту на острове. Да, испытания нужны, чтобы расшевелить эльфов, но смертность слишком высока. Вот бы сделать что-то с этим.

— Интересно, а можно настроить артефакт Сердца по-другому? — пробормотала я.

— Ты что удумала, человечка? — злой Азарет навис на до мной.

— Эм, изменить ход испытаний, чтобы эмоций получать больше и при этом обойтись без смертей.

— Богиня решила испытывать нас так, значит это необходимо, — всё ещё негодовал тёмный.

— Сомневаюсь, что у неё тогда было много времени. К тому же времена меняются и даже для испытания болью можно заставить идти босиком по острым камням.

— По-моему, это ещё более жестоко, — Азарет поднял правую бровь рассматривая меня.

— Возможно. А если наслать рой комаров? И боль, и кровь, и много эмоций, — кровожадно усмехнулась я.

— Ты жестока и беспощадна, — усмехнулся в ответ тёмный.

— С вами по-другому не выживешь, — улыбнулась, — Кстати, что у меня с защитными артефактами?