Вскоре Инбер снова вступил в бой с Айлехом, невольно подарив мне передышку. Я с облегчением встряхнула рукой с мечом, успокаивая напряженные мышцы.
Перевела взгляд на Тинде и Габрана. Второй был ближе ко мне и удачно стоял спиной. Не оставляя себе времени на раздумья, нанесла ему небольшой порез на левое плечо, как совсем недавно он мне. Габран яростно обернулся ко мне, но я тут же заметила, как его взгляд проясняется. Он кивнул мне, и мы вдвоём стали нападать на Тинде. Вскоре ещё один эльф обзавёлся царапиной на предплечье и пришёл в себя.
— Айлех или Инбер? — озвучил общий вопрос Габран.
— Инбер, — кивнул Тинде, и мы ввязались в поединок, чтобы ранить старшего эльфа.
Это далось нам не просто. Инбер отлично владел клинком и был сильнее остальных эльфов. Но нам всё же удалось ранить ушастика и не дать Айлеху убить его, пока Инбер приходил в себя.
А вот с бледным было сложнее. Он бился яростно и со всей своей силой, на смерть. Когда же получилось ранить его, Айлех не сразу остановился и прекратил бой. Какое-то время он продолжал нападать, но уже не так яростно. А затем, поняв, что никто не нападает, а лишь обороняется, сплюнул и с силой вогнал меч в ножны.
Ужинали мы в напряжённом молчании и так же легли спать. Лишь договорились о дежурстве. А утром, спустя полчаса пути мы вышли к высоким плотным кустам, за которыми начинался лабиринт.
Глава 10
Лабиринт встретил нас стенами из плотных кустов с тёмно-зелёными жёсткими листьями в два человеческих роста. Низкие плотные облака по-прежнему скрывали солнце, а под ногами стелился туман. Могильный холод лабиринта пробирал до костей. Мрачное, затхлое и душное болото уже не казалось таким ужасным. Вот только повернуть нам никто не позволит.
Высокие кустарники обступили нас с обоих сторон и едва не смыкались над головами. Сквозняк, словно змея, пробирался под одежду и заставлял ёжиться от холода. Туман укрывал тропу и прятал корни и камни, словно специально ставя подножки путникам.
Прошло уже больше часа, и чем дальше мы двигались, тем мрачнее становилась обстановка как вокруг, так и в мыслях. Все шли тихо, не издавая не единого лишнего звука. В душе разрастался липкий первобытный страх. Любой шорох заставлял оборачиваться в ожидании нападения или чего-то более ужасного.
Инбер вёл нас лишь ему понятным маршрутом. Не знаю, на что он ориентировался, выбирая тот или иной проход, но систему в его выборе я так и не заметила. Хотя, меня больше занимали собственные мысли, среди которых был главным вопрос: «Стоит ли ждать удар в спину от Айлеха?».