Эльф тут же как-то весь осунулся и прислонился спиной к стене. Словно его лишили всех сил разом. Всё его отчаяние и бессилие навалилось на него, заставив прекрасного эльфа вмиг постареть. Мне было больно видеть его таким, внутри всё сжималось холодными щупальцами отчаяния. Энен всегда был для меня неунывающим и сильным. Отличным примером для подражания. Я подошла и обняла его, пряча глаза, полные слёз. Сейчас нельзя плакать.

— Всё будет хорошо, — прошептала, стараясь не сорваться на всхлип, и дала обещание не только ему, но и себе, — Я обязательно вернусь.

Пусть, оно невыполнимо, пусть, это ложь, но так у него будет хоть какая-то надежда. Да и у меня тоже.

Энен помог собрать мне всё необходимое для похода. Нашла рюкзак, который я когда-то сама зачаровывала, получился отличный артефакт. Вещей помещалось больше, весил он меньше хоть и ненамного, заодно был непромокаем и защищен от изнашивания. Но даже магически улучшенный рюкзак не смог вместить в себя всё, что собрал мне с собой Энен. Принцип «пусть лучше будет и не понадобится, чем понадобится, а этого не будет» мне всегда нравился, но не тогда, когда предстояло тащить кучу вещей на своей спине. Пришлось перебирать вещи по второму кругу и брать действительно самое необходимое.

Мы вместе приготовили обед и поели. Аппетита совсем не было, хотелось сбежать в свою комнату и спрятаться под одеялом, может даже поплакать, проклиная несправедливость жизни. Но вместо этого и я, и Энен старались не молчать, чтобы не погрузиться мыслями в отчаяние. Он рассказывал интересные случаи, которые с ним приключались, когда он ещё молодым эльфом патрулировал границу или когда ему выпадало идти с товарищами в поход.

А ещё он смотрел на меня так, словно пытался запомнить мой образ до мельчайших подробностей. Было больно видеть такой взгляд, и я пыталась отвлечь Энена разговором о магии и моих экспериментах. Не хотелось, чтобы он смотрел на меня, как на неизлечимо больную. Ведь надежда есть всегда и неизвестно, что будет на том острове. Может там какое поветрие опасное для эльфов и безобидное для людей.

Вдобавок, Энен подарил мне меч, чем застал врасплох. Настоящее произведение искусства. Тонкий обоюдоострый клинок из особого сплава с большим содержанием серебра. Кромка лезвия была идеальна, а посередине, у самой гарды, шли эльфийские письмена. Всего несколько слов, с помощь которых зачаровали меч так, чтобы он не тупился, был ещё прочнее и не выскальзывал из рук. У меня был клинок, но он был самым обычным и не настолько восхитительным.