Мне всё же удалось встать со стульчика, хотя и с трудом. Потраченная энергия потихоньку восстанавливалась. Какой коварный навык — давно мне не было настолько плохо. Чувствовал я себя выжатым досуха.

— Про реликвии на той стороне вы же не просто так узнавали, Петр Аркадьевич? — внезапно спросил Маренин. — Собираетесь туда?

— Как получится, Георгий Евгеньевич. Если это будет единственный способ добиться, чтобы от меня отстали, — придется. Потому что в последний раз убийц было уже четверо, а у Валерона вместимость не бесконечная.

— Лучше по одному, — согласно тявкнул Валерон. — И так, чтобы компенсация за работу была. Причем немаленькая.

— Но, боюсь, дальше будет только опт. Сначала мелкий, потом — крупный. Объемами задавят.

Я вздохнул. Потому что это дело на самотек пускать было никак нельзя. И куски реликвий у Базанина нужно было изымать. А ведь они вполне могли оказаться и не при нем. И где тогда их искать? А вдруг скверники эти осколки окончательно уничтожили, превратив в нечто не подлежащее восстановлению? Такое я тоже не исключал.

Зачем Базанин вообще забрал куски реликвии с места гибели Заварзиных? И зачем Резенский таскал с собой куски реликвий? Причем не реликвии Верховцевых, что было бы понятно, а других. Вопросы, на которые нет ответа.

Обдумывать результаты долго не получилось, потому что пришлось выяснять отношения с Лёней, который, как только меня увидел, сразу спросил:

— Что с тем человеком?

— Умер, — ответил я. — Его клятва убила. Он попытался рассказать то, о чем должен был молчать.

— Точно клятва? — подозрительно спросил Лёня. — Он выглядел довольно приличным человеком.

— Точно клятва. Но если бы мне пришлось его убить, меня бы совесть не мучила, — честно ответил я. — Лёнь, меня в последнее время постоянно пытаются убить. И многие выглядят вполне приличными людьми.

— И этот?

— И этот бы меня убил, если бы добрался. Ты сам слышал, у них на меня задание от своего бога, который со Скверной связан. Он считает меня угрозой.

— Почему?

— Потому что я связан с другим богом, его противником. Как думаешь, откуда у меня появилась возможность выдать вам с отцом магию? Такое только бог может.

— О господи… То есть ты реально встречался с богом?

— Лучше бы не встречался. Лёнь, мы для них расходный материал. Что мы, что скверники — им всё едино.

— Скверники?

— Я так называю тех, кто принял Скверну, в том числе идеологически. Они помогают выиграть своему богу или богам, для чего увеличивают площадь покрытия зоны.

— Всё это звучит слишком неправдоподобно.

— Что поделаешь, — вздохнул я. — Сторону я не выбирал. Но знаешь, если бы меня спросили, я бы никогда не стал на сторону тех, кто гонит сюда зону.