С последним были вполне определенные проблемы, потому что идти надо было срочно, чтобы не попасть под волну. Ни о какой задержке ради изготовления еще одного контейнера речи и быть не могло.

— Я тебе не бешеный принтер, — отрезал я. — Придется обходиться тем, что есть. Пойдем сразу в эту же ночь. Тихо и осторожно.

— Очень много невосприимчивых к яду, — вставил Митя. — Но паукам всё равно потребуется еще одна заправка.

— То есть идем в ближайшее убежище, — предложил Валерон. — По дороге я выношу тех, кто в наблюдательных пунктах.

— А они не на постоянной связи с базой? Насторожим. Лучше их потом убирать.

— На базе уже должны были привыкнуть, что наблюдатели исчезают. Новых решат прислать утром, — уверенно тявкнул Валерон.

— На базе уже знают, что я в поместье. Свяжут исчезновение наблюдателей со мной и будут наготове. А это — дополнительные сложности.

— Довод, — неохотно признал Валерон. — Хотя плюсы в таком подходе тоже есть: контейнеры освободятся, можно будет как попало сбрасывать. А то ведь места после зачистки базы совсем не останется.

Он тяжело вздохнул и посмотрел на меня с таким укором, что мне даже стало стыдно. Ненадолго, на пару секунд. Но потом я вспомнил, что вообще не собирался складировать скверников и пошел на это исключительно под давлением необходимости и Валерона. Последний давил особенно серьезно, упирая на то, что правильная активация реликвии — только с жертвой. Мол, у Куликова активация была неправильной, реликвия получилась слабой и может быть легко взорвана. Не зря же княгиня Воронова с охранниками туда отправилась — не иначе как проверять. При всей моей нелюбви к Куликовым я искренне хотел, чтобы у скверников в этот раз ничего не вышло. Но свою реликвию буду усиливать по максимуму.

У меня всё было готово к выходу еще до появления наших разведчиков, Наташа тоже уже собралась, поэтому мы вышли почти сразу после отчета Валерона. Накрыл я нас Незаметностью еще до выхода из поместья, чтобы наблюдатели, которые наверняка были, не обратили внимания на наш уход. Судя по тому, что чужого внимания я не ощущал, наш выход остался незамеченным.

До зоны мы дошли относительно быстро, а вот в ней с наступлением сначала сумерек, а потом темноты передвигались медленно, потому что ни у меня, ни у Наташи не было ночного зрения высокого уровня. То есть кое-что мы различали, и этого кое-чего было достаточно, чтобы ни на что не натыкаться, но недостаточно, чтобы идти быстро.

И хотя шли мы аккуратно, всё равно на нас пара монстров сагрились, пришлось задерживаться еще и на них. В убежища мы заходили для короткого отдыха, принятия тонизирующих зелий. На полноценный сон времени не было, шли мы и в темное время суток, и в светлое.