— Мы подумаем.

— Я слишком молод, чтобы мне проводить профилактику, да, Гриш? — проскрипел паук.

— Профилактику проводят не только в старости, — возразил я.

Этот ли разговор послужил причиной или страх перед Хикари, но паук Прохорова и носа не казал из его комнаты. Как зашел туда с вечера, так и не вышел утром.

Митя же обошел опять весь дом и с чувством выполненного долга устроился с книгой в библиотеке. Отвлекался он разве что на разговор не с Валероном, так с Хикари. Последней очень нравилось, когда ей читали вслух сказки — сама она этого не могла делать, поскольку в нашей письменности не разбиралась. Но это ненадолго — если за дело берется Митя, у него не только железные пауки начинают читать. Во всяком случае азбуку он откуда-то уже извлек, дав возможность Хикари не только полюбоваться на картинки, но и посмотреть, как выглядят буквы.

Валерон отдохнул только ночь, за которую переполнился желанием узнать, что происходит у Базанина, поэтому утром он меня разбудил тычком лапы и словами:

— Я отправляюсь на дело.

— Куда? — спросонья не понял я.

— К Базанину же. Куда еще?

Сон испарился сразу же.

— Без завтрака?

— На пустой желудок легче бежать. Я лучше потом с тебя чем-нибудь возьму. Нужно же проверить, насколько нам рассказали правду по Базанину. И вообще. — Он принял крайне воинственный вид. — Этому типу пора за всё заплатить.

— Оно, конечно, платить надо. Но давай пока ты компенсацию брать не будешь? Проверишь, разведаешь, узнаешь, что там делается. Но не спугнешь дичь.

Потому что я хотел бы глянуть на Базанина издалека, узнать, что там у него с клятвами творится. Кому он присягал на верность, если присягал. И у тех, кто с ним рядом. Всё же наглый тип — совсем рядом со столицей устроился и направляет действия со всеми удобствами.

— И что где лежит, тоже узнаю, — дополнил Валерон, нетерпеливо перебирая лапами. — Всё?

— Нет. Опять выгрузи куски реликвий и возьми с собой щепки со слиянием.

— А давай ты вообще будешь держать куски реликвий у себя? — предложил Валерон. — У тебя всё равно пространственное хранилище полупустое, а у меня место занимает.

Прозвучало несерьезно. Все куски реликвий уместились бы в одном ящике плательного шкафа, которых Валерон мог одновременно переносить несколько. И вместе с другой мебелью. Влезла же в него вся обстановка Рувинского?

— Мое пространственное хранилище куда меньше твоего.

— Именно. Ты всегда легко можешь найти нужное. А я не буду переживать, что у меня внутри подавятся реликвии.

На мой взгляд, он ничуть не переживал по столь незначительному поводу, тем более что материал, из которого реликвии создавались, просто так не давился — скверникам требовалось создавать специальные артефакты, чтобы взорвать. А дальше куски не царапались и не истирались. У того же Резенского они лежали без всякой защиты, а выглядели свежевзорванными. При этом по ним еще и твари потоптались, но ни сколов, ни царапин не было.