* * *
Бруно Консер выжил в таком пекле, которое даже не снилось этим рицеровым юнцам, что вообразили себя отважными демоноборцами. Пятёрки, одна за другой, возвращались с практики и никто из них не мог похвастаться серьёзными успехами. Одни были ранены, другие справились только при помощи боеприпасов и длительной медитации над своим айваном. Три группы вовсе умудрились понести потери. Как? Насколько надо быть тупым керасом, чтобы погибнуть при столкновении с настолько слабым одержимым?
Но самым печальным моментом был тот факт, что с задания пока не вернулась пятёрка Кравнеца-Тольского. Бруно ещё не был уверен, кто из них займёт место лидера — задатки имелись у каждого. Поэтому именовал эту группу именно так.
Жаль. Он возлагал на них серьёзные надежды. Особенно после того, что они этой ночью устроили на нижних ярусах. Крайней нестандартный подход к обезвреживанию конструктов и слому внедрённых установок.
Просигналил артефакт — ещё одна пятёрка закончила задание. Та самая. Но в любом случае она провозилась слишком долго.
Первым вышел Кравнец, держащий на руках раненую Пайотт и Бруно скривился. Эти тоже допустили ошибку.
Потом из прохода показалась мрачная Довано, а магический талант преподавателя засигналил о неладном. То, что сейчас чувствовал Консер не было остатками эманаций демона двадцатой категории угрозы. Речь шла, как минимум о девятнадцатой. Но скорее всего ранг был ещё выше.
Как так получилось? Даже если Тольский и Пфорен мертвы, они не могли настолько раскормить одержимого.
Когда из прямоугольника один за другим показались оставшиеся члены команды, без всякого уважения бросившие на землю трупы второкурсников, Бруно ощутил удовлетворение. Он не ошибся в оценке потенциала. Просто в его учебный процесс вмешались какие-то идиоты. И им сильно повезло, если демон успел сожрать их кристаллы разума. Потому как в противном случае, Консер собирался заставить их пожалеть о том моменте, когда рицеровы придурки появились на свет.
Глава XVIII
Дознаватель мрачно смотрел на меня, а я хмуро разглядывал его. Наконец заросший щетиной мужчина, одетый в потрёпанный жилет, под которым виднелась чуть грязная рубаха, задал вопрос.
— Ты собираешься что-то рассказывать?
Я пожал плечами.
— Так вы ещё ничего не спрашивали. И не представились.
Тот вздохнул и почесал пальцами боковую часть шеи. Снова уставился на меня.
— Дарн Понд, дознаватель на службе Хёница. Только сегодня вернулся из горной долины, где наших практикантов обвинили в нарушении законодательства о редких видах и насилии в отношении местного населения. И я тебе так скажу, настроение у меня не самое лучшее.