Я бы предположил, что это очередная проверка демоноборцев. Но судя по тому, какой объём ресурсов привлекли для допросов и проверок, за дело взялись серьёзно. Значит всё по-настоящему, а не в рамках учебного процесса.

Когда в дверь постучали, пальцы машинально сомкнулись на рукояти “Ферса” — я с трудом подавил желание взять вход на прицел.

Встав, всё-таки достал оружие и взведя курок, открыл дверь, за которой обнаружилась мрачная Синра. Глянув на револьвер в моей руке, печально усмехнулась.

— Только не начни подозревать всех подряд. Обычно это плохо заканчивается. Предлагаю собраться на террасе столовой и всё обсудить.

Секунду подумав я кивнул. И убрав оружие, шагнул в коридор. А ещё через несколько минут мы уже занимали места за столом. Только на этот раз вчетвером — Лотт с Пайотт заняли одну сторону стола, а мы с Довано вторую.

Первым заговорил отпрыск хёрдиса. Не успели мы усесться, как кудрявый аристократ буквально прорычал.

— Они подумали, что я могу быть с этим связан? Обвинили Кравнецов в предательстве!

Справа от меня тихо хмыкнула Лауна, а я посмотрел на разъярённого Лотта, что сидел напротив и уточнил.

— А что именно произошло, они случайно не сказали?

Тот перевёл на меня гневный взгляд и непонимающе поинтересовался.

— Ты слышал? Они посмели оскорбить мою фамилию.

Его зацикленность на чести Кравнец была полезна, когда требовалось на кого-то надавить. Но в данном случае, она играла против нас.

— Я надеюсь, ты никого не пытался убить?

Довано перевела разговор в практическую плоскость, а сам Лотт неожиданно смутился и на мгновение отвёл взгляд в сторону. Щёлкнул рунической бритвой.

— Они сказали, что это обычные вопросы в рамках следствия. Пусть и звучат оскорбительно. А если я на них нападу, то выставлю себя виноватым. Нельзя было этого допустить.

Мы с Лауной переглянулись, а Синра разжала в усмешке губы.

— Фост был из нашей пятёрки. Если бы они упомянули о том, что именно произошло, это пригодилось.

Формулировка заставила Кравнеца наморщить лоб, вспоминая о чём с ними говорили дознаватели. В конце концов парень покачал головой.

— Все только и твердили, что это проникновение в университет. Вторжение на его территорию. Больше ничего не говорили. Хотя я и пытался спрашивать.

В тоне, которым произносит последние слова, снова прозвучали нотки гнева. А сидящая рядом с ним Пайотт, сделала глоток горячего сорка и откинувшись на стуле, тихо озвучила неожиданную сентенцию.

— В целом, тут и так всё понятно. Вопрос только в том, кто и как это сделал. А ещё, ради чего им понадобится артефакт, который всё это время и так валялся под ногами.