— Я вообще-то за сотню вешу.

— В тебе говна много, — пожал плечами Черный. — И желчи. Аж наружу прет.

— Как выпить-то хочется.

— Что и требовалось доказать! — воскликнул тот.

Поднявшись на ноги, хотя уместнее будет сказать, приняв вертикальное положение, я вновь уставился на цепи.

Думай, восьмерка, думай. Ты уже проделывал этот фокус раньше, превращая броню в когти или когда пытался протиснуться в пролом. Оби тоже так умеет, причем вообще свободно. Решение должно быть, причем где-то на поверхности.

Даже ребенок справился с этой задачей. Я что-то упускаю. Что-то простое и банальное, но важное в этой ситуации.

— О-о, — оскалился мой вечный комментатор. — Груда мышц и злобы наконец вспомнила, что у нее есть мозги. Осталось дело за малым. Вспомнить в какой части организма они расположены и найти кнопку для их активации.

— Не напомнишь?

— С радостью, но только в форме песни, — заорал Черный и тут же брякнул по струнам своей укул… чего-то там.

— Хватит! — проревел я.

Из ушей, глаз и носа тут же потекла кровь. Она просачивалась сквозь маску, стекая по подбородку на грудь.

Опустив голову, тяжело дыша, я старался прийти в себя. Похожее состояние было, когда Черный произносил слова, вызывавшие адскую головную боль. Например «яблоко» или «наизнанку».

Позже это оказалось частью пароля, снимающего некоторые ограничения. Но эта музыка, а вернее стоны бедных струн, вызывали похожую реакцию.

Меня осенило. Черный все это время пытался мне помочь, пусть и не говоря ничего прямо, пока я не дошел до края. А сейчас я снова тут, на пороге смерти. Посмотрел на цепи, затем на Черного.

— А просто прямым текстом нельзя было сказать? — спросил я с укором.

— Это бы испортило все веселье, — ухмыльнулся Черный и растворился во тьме.

Исчезли и его велосипед с детской гитарой. А я остался наедине сам с собой и своими проблемами. Кровь покрыла не только броню, но еще и залила цепи. Хотя она вообще не должна была вытечь наружу из-под маски.

Но это все из-за того, что маски не было. Черный как-то снял ее. Или это я? Как частичная смена ипостаси, что показывал Элиот. Он говорил, что так любая химера может.

Броня. Черные матовые наросты, состоящие из генома Иных. Кровь. Моя кровь, пусть и воображаемая. Цепи и тело. Набор нулей и единиц вокруг моего разума.

Все это на самом деле одно и то же. Наномашины. Они есть в моей голове, в моей крови, в моей броне. И код, ограничивающий мои возможности находится в них. Все едино.

Как я создал когти? Они были мне нужны и они появились. Фишка в том, чтобы не разрушать цепи, а подчинить, переделав под свои нужды. Они не вокруг меня, а внутри. А значит, осталось только…