Не проходя в бар, я унес полученные от Климова пакеты в подвал, затем поднял в квартиру рюкзак, брезентовый сверток и тесак. Вещмешок и двустволку сунул под кровать, «слонобой» взвесил в руках и озадаченно почесал затылок.

Оставался шанс сдать неказистое оружие на комиссию в «Большую Охоту», но сосед чародейских жезлов не жаловал, и на приличную цену рассчитывать не приходилось. Поэтому я воткнул в приемник горловину банки со свинцовыми шарами, уловил легкую вибрацию и отправился вниз.

— Ваня! — окликнул помощника. — На секунду можно тебя?

Тот вышел в коридор и спросил:

— Разгрузить машину, дядя Слава?

— Сам справлюсь, — отмахнулся я и протянул «слонобой»: — Ты лучше глянь, какую я тебе игрушку раздобыл.

— Вот ни хрена себе! — охнул тот, приняв увесистое оружие, и упер резиновый затыльник приклада в плечо. — Серьезно!

— Каждый шар сто шестьдесят граммов. В упор даже снежного лорда завалит.

— Да прям!

— Шучу, конечно. Но агрегат серьезный.

— Сертифицирован? — деловито уточнил Грачев.

— Непременно.

— Странно, никогда таких в продаже не видел.

— Старый приятель из Братства подогнал. К Николаю вчера ледяные ходоки вломились, решил огневую мощь повысить.

— Обрез нужен, — привычно хмыкнул Ваня и убрал «слонобоя» в закуток с лопатами и ломиками.

Время близилось к обеду, я сходил проверить температуру в подвале, потом встал за стойку. А когда поток посетителей спал, к дому вдруг подъехало сразу два служебных автомобиля с включенными проблесковыми маячками. Сердце так и екнуло, но дружинники остановились перед оружейным магазином, — не иначе, по поводу вчерашних событий оперативная группа прикатила. Оно и неудивительно, ледяные ходоки, а по сути самые натуральные зомби — это как минимум ЧП районного масштаба. Такие дела сразу на контроль берут.

Немного погодя пожаловал Серега Платонов. Я мысленно выругался — как же не вовремя! — но радушно поздоровался с компаньоном и спросил:

— Какими судьбами?

— Думал к Николаю зайти, — сообщил кондуктор, — а у него от дружинников не протолкнуться. Решил вот к тебе завернуть.

— Пива?

— Да, светлого, — попросил кондуктор.

Я накачал помпой бокал, передал его Платону и предложил устраиваться за стойкой.

— Сам не выпьешь? — удивился тот, сделав длинный глоток.

— Погода давит, — покачал я головой.

— Черный Полдень скоро, — кивнул Платон, оглядел пустой бар и спросил: — Таблетки отдашь?

Я возмущенно фыркнул.

— Ты серьезно думал, что я стану хранить их здесь?

— Куда едем?

— Никуда не едем, Серега, — поморщился я. — Сам тебя найду.

— Не пойдет, — резко ответил кондуктор. — Хмель, у меня поездка на носу.