— Ох ты! — выдохнул я, когда меня рывком затащили внутрь. На ногах удержаться не удалось, повалился на пол.

Гордеев в один миг запер дверь, ухватился за спасательную петлю и затащил меня за прилавок.

— Давай в подвал, чтобы здесь не светиться. Можешь подняться? Давай, я тебе помогу, последний рывок остался.

— Стой! За мной никто не идет! — прохрипел я, но сосед и слушать ничего не стал. Он помог спуститься по лестнице и уложил на пол, а сам взбежал наверх с ружьем в руках.

Я приподнялся на локте и окликнул его:

— Хвоста нет! Достань пулю, из‑за нее лекарство не действует!

— Коля, у тебя все в порядке? — послышался вдруг с лестницы голос Милы.

— Позови Саню! — крикнул в ответ Гордеев, вернулся и присел рядом со мной. — Слава, куда тебя?

— В бок. Просто достань пулю, просто… Ох ты, блин…

— Ага, поучи меня давай, — хмыкнул он. — Лежи тихо, разберусь. Если близко, то вытащу, если нет, нужен доктор.

Николай стал помогать избавиться от разгрузки, и я окончательно поплыл, наверное, даже на какое‑то время потерял сознание, поскольку в следующий миг сосед уже выпрямился с бронежилетом в руках и присвистнул при виде пулевых отметин.

— Нормально, прикрыл броник в основном. Одну вижу, но где она… щас разберемся. Была бы глубоко — ты бы так не бегал.

В этот момент в подвал спустился растрепанный чародей, вслед за ним заглянула Мила.

— Коля, помочь?

— Принеси ведро воды, — попросил Гордеев и скомандовал помощнику: — Тащи аптечку! — Потом он спросил уже меня: — А что, с собой ничего аварийного не было?

— Не сработало, — выдохнул я. — Пуля какая‑то с секретом. Наверное…

— Ладно, сейчас место операции обработаем — и дальше молись, — ободрил меня сосед. — Мила, беги наверх, присмотри за магазином. Только к окнам не подходи.

Девушка выставила на пол ведро и покинула подвал.

— Забей на дезинфекцию! — выдохнул тогда я и закинул в рот еще одну таблетку обезболивающего. — «Лазарь» всю заразу пережжет…

— Наше дело предложить…

В этот момент вернулся Саня с упаковкой банального «новокаина», шприцем, ножом и пинцетом; я не без труда перевалился на здоровый бок и спросил:

— Ну что там?

— Не суетись! — потребовал Николай, обламывая ампулу.

Он сделал одну инъекцию «новокаина», вторую — и бок почти сразу занемел, но когда пинцетом раздвинул края раны, сразу накатило головокружение.

Я несколько раз глубоко вздохнул и выдавил из себя хриплый смешок.

— Ну чисто девяносто четвертый, Казахстан…

— В смысле? — не понял Николай, изучая рану.

— Тогда меня первый и последний раз латали в кустарных условиях. Из ноги картечину доставали. В «Волгу» дуплетом зарядили, парней справа наповал, у меня дыра в бедре, у водителя ни царапины, он и вывез. Вот хлебнул тогда лиха! Дурная компания, мать ее. Туда баулы с наличкой — обратно металл. В те годы «металл из Казахстана» еще не был чистым кидаловом, как во второй половине девяностых. В те времена мы неплохо зарабатывали. Только под конец влетели, и я завязал. И так бандитом не был, просто дела делали. Понимал ведь, что голову открутить могут, иногда на чистом везении только ситуации разруливали, но не пронимало. А картечина мне мозги крепко вправила. В институте восстановился, на бухгалтера выучился…