Штампы и таблетки следовало вернуть. Я понимал это со всей отчетливостью, но представления не имел, каким образом стоит действовать. Попрошу о помощи Гамлета — он запросто усядется мне на шею и ножки свесит. Займусь розысками самостоятельно — только впустую убью время.

И что предпринять?

Я не знал. Так и заснул, не придя ни к какому решению.

Разбудил Иван. Он постучал в дверь и крикнул, что ко мне пришли.

Морщась от головной боли, я поднялся с кровати и спустился в бар. Внизу ждал Лымарь.

— Привет, Семен, — протянул я руку. — Выпьешь?

— Светлого.

Я помпой накачал в бокал пива, передал его охраннику Бородулина, и мы уселись за свободный стол.

— Список готов? — спросил Семен, сделав несколько глотков. В город он ружье брать не стал, но из‑за голенища собачьих унт торчала длинная рукоять ножа, а в чехле на поясе болтался немалых размеров тесак.

— Продублируйте старый, — попросил я и поинтересовался: — Когда сделать сможете?

Лымарь с удивлением посмотрел на меня и ожидаемо заявил:

— Как обычно!

— Раньше никак?

— Нужный человек только через две недели на нашей проходной будет. Без него таблеток не вынести.

— Плохо.

— А что такое?

— Крупная сделка наклевывается, — соврал я. — Раньше точно не сделаете?

— Без вариантов.

— Ладно, забудь! — со всей возможной непринужденностью махнул я рукой и поднялся из‑за стола.

— Вячеслав Владимирович! — тут же подозвал меня помощник и понизил голос: — Мне позвонить Гамлету?

— Не надо, — поморщился я. — Схожу, проветрюсь.

Я поднялся в квартиру за курткой, а когда вернулся в бар, Лымарь уже ушел.

— Чего он хотел? — полюбопытствовал Иван.

— Свинина со следующего месяца подорожает, — просто ответил я.

— А! — протянул помощник. — Он с Лукова, что ли?

— Ну да.

На ходу застегивая куртку, я вышел на улицу, внимательно огляделся по сторонам — поистине на воду дуть начинаешь! — и накинул капюшон. Дорожку до тротуара стоило бы почистить от снега, но сейчас на это отвлекаться не стал, прошел мимо закрытого оружейного магазина «Большая Охота» и двинулся напрямик к Красному проспекту.

Нужное мне увеселительное заведение «Ширли‑Муры» располагалось на первом этаже дома на той стороне Красного проспекта. Витрины тонированного стекла нахально выделялись на фоне обшарпанных стен соседних зданий, а изнутри тамбур‑прихожая и вовсе была отделана зеркальными панелями, только зашел — и всюду замелькали отражения моей физиономии, осунувшейся и бледной.

Не дожидаясь просьбы мордастого охранника, я выложил в свободную ячейку нож, связку ключей, фонарик и телескопическую дубинку, позволил провести вдоль себя сканером и, прихватив ключ‑бирку, прошел в бар.