— Да ну, баловство это, день только начинается, — махнул рукой брат и оглянулся на шумную компанию патрульных.

Я перехватил его взгляд и крикнул помощнику:

— Ваня! Пойду дорожку почищу! — после этого накинул куртку, взял из закутка с инструментами широкую лопату и позвал за собой Клима: — Пошли, на улице поговорим.

Мы вышли из бара, и я начал откидывать выпавший за ночь снег на возвышавшиеся вдоль дорожки сугробы.

— Что с деньгами? — спросил тогда Клим.

Я вздохнул, выпрямился и оперся на лопату.

— Клим, понимаешь, тут у меня небольшой кассовый разрыв образовался…

Тот ничего слушать не стал, сразу перешел к делу:

— Когда рассчитаешься?

Климов вообще был человеком конкретным. Несмотря на средний рост и не самое богатырское сложение, авторитетом среди подчиненных он пользовался непререкаемым, да и в Пентагоне к его словам относились с большим вниманием.

— На следующей неделе, — решил я. — Устроит?

— Устроит‑то, устроит, — хмыкнул Климов, — но на днях еще десять килограмм зеленых придет. И пять красных. Мне с людьми рассчитаться надо.

При всем моем уважении к компаньону я не сдержался и напомнил:

— Аванс был рассчитан на четверть центнера, разве нет? Как раз с учетом прошлого пакета.

— То есть весь риск я беру на себя? — хмыкнул брат.

Я продолжил откидывать снег с дорожки и напомнил:

— Ты меня сколько лет знаешь? Шесть? Семь? Я тебя когда‑нибудь подводил?

— Разговор не об этом.

— Клим, деньги будут на следующей неделе, ближе к пятнице. Приеду за товаром и сразу рассчитаюсь, хорошо?

Климов кивнул и попросил:

— Только не затягивай с этим.

— Обещаю.

Брат протянул руку, я стянул перчатку и пожал его широкую мозолистую ладонь.

— Рассчитываю на тебя.

Климов направился к Красному проспекту, я глянул ему вслед, тяжело вздохнул и продолжил чистить дорожку. Грабители подложили мне изрядную свинью, обчистив кассу. Две сотни золотом — это немного, но какое‑то время придется обходиться без дополнительного приработка, а нет ничего хуже, чем затягивать пояс и переносить сроки оплаты поставщикам. Оглянуться не успеешь, как переведут на полную предоплату.

Убрав снег с дорожки, я очистил пятачок тротуара и направился в бар с чувством выполненного долга. Сержанты в кофтах и свитерах стояли на крыльце с полупустыми бокалами в руках, пили пиво и курили. Закаленные, блин…

Я убрал лопату в закуток к остальным инструментам, снял куртку и встал за стойку. Подошла тетя Маша, вслед за ней начали подтягиваться клиенты из пятиэтажек на Красном проспекте. Наценки на обеды я делал минимальными, поэтому свободных столов вскоре не осталось вовсе; благо большинство завсегдатаев давно перезнакомились друг с другом и не считали зазорным подсаживаться к чужой компании.