Ломовой потащил Большакова обратно к столу и достал из кармана неизменную фляжку. Влад вскинул удивленные глаза:

— Неужели та самая?

— Ага, заветная. Посуду давай!

Ученый на миг завис, а затем суетливо полез в небольшой ящик.

— Напиток богов!

— Хватит чавкать! Такую элитную вещь заедать пиццей!

— Чем хочу, тем и заедаю. Налей еще!

— Ты знаешь, сколько пятьдесят грамм такого коньяка стоит?

— Мне хоть не заливай, что ты его купил.

Ломовой засмеялся:

— Притащили по блату. В одном жарком Союзе хранилище вскрыли.

— В смысле жарком? Климат поменялся?

— Да нет, революция, войны. Москва стала добычей для лихих ребятушек.

— Ну тебя и носит.

— Это не я, а Дима приволок. А ты ему помочь не хочешь.

Большаков так и застыл с куском пиццы во рту.

— Вася, блин! Ты сам видел!

— Ты мне-то пургу не неси. Что случилось на самом деле? Говори, все равно выпытаю.

Светлые глаза директора финансов буквально заледенели. Большаков нервно сглотнул, но деваться ему было некуда. Выносить сор на Директорию не хотелось.

— Проход.

— Что проход? Второй ход также не работает! Проверяли. Да ты прожуй сначала!

Большаков жадно присосался к чашке с молочным коктейлем и затем зачастил:

— В этом вашем долбанном пятом Союзе есть еще один ход. Из-за него равновесие системы пошло по одному месту, и мои ребята не успели среагировать. Ты же знаешь физику процесса.

— С хрена ли… Вы сами хоть в ней разбираетесь?

Большаков бешено закрутил руками. В чем-то Ломовой был прав. По факту имелось лишь несколько теорий, безо всякой базы доказательств, но с кучей практических примеров. Как это все увязать вместе никто во множестве миров даже не представлял. Директория ситуационного прогноза лишь разводила руками. Они то и дело через ходоков передавали часть знаний в параллельные копии, но нигде ученые так и не находили ответа. Разве что удивлялись полученной непонятным образом абракадабре. Хотя самые умные и настырные уже переехали на Острова. И не всегда по своей воле.

— Я бы попросил!

— Короче, Склифосовский!

Большаков некоторое время ошарашенно смотрел на старого знакомого. И откуда этот шнырь берет столько новых выражений?

— Два хода в реальность — это уже скорее норма. Мы научились их стабилизировать. Большее количество — проблема. Мы обычно запрещаем пробивать новые червоточины, пока не закроем вскрытые старые. И если бы знали, что существует еще один ход, то не предприняли без подготовки ни единого шага.

Ломовой налил еще по малюсенькой стопке зеленого стекла и задумался.

— А как так получилось, что в том технологичном Союзе три хода? Он уже настолько продвинулся технически, что занялся поиском параллельных Вселенных? Почему Директории ничего об этом неизвестно?