«Здесь не так уж плохо», — раздумывал бывший резидент, побывавший доселе в доброй дюжине миров и много где поживший годы. — «Но бизнес зачинать тут один геморрой! И как Лом умудрялся вести дела с этими придурками?»
Первоначальный флёр от сотрудничества с эгалитарной группировкой МИДовских давно прошел. Натан Иосифович с самого начала действовал предельно хитро, выдавая информацию дозированно. Он понял, что, связавшись с ним, Рокотов здорово подставился. Его патологическое желание забраться на самую верхушку властной пирамиды рано или поздно приведет их клан к краху. Понимали ли это остальные, пока было резиденту Директории непонятно.
Он быстро просчитал характер Замдиректора департамента МИДа и начал пользоваться его слабостями. На первых порах приоткрыл перед дипломатом захватывающие перспективы, пообещал горы возможностей. Затем начал ссылаться на технические сложности и указывать на проблемы. Они, надо отдать должное, понемногу решались. Движение шло, вот результата пока не было. Да и откуда ему взяться? Ходы-то закрыты! Но местные слишком уповали на свою науку и не считали временный затык нерешаемой проблемой. Имелось у них такое неплохое свойство характера — ставить себе высокие цели.
Натан Иосифович смог также четко обозначить место полковнику Чемезову. Безопасник, выгнанный из министерства ГБ за некомпетентность, никак не проявил себя и тут. У него неплохо получалось заниматься мелкими интрижками с МГБ и МВД, гнобить сотрудников МИДа. Но в остальном он был по существу бесполезен, потому не воспринимался Вайсбейном всерьез. Что в свою очередь здорово злило полковника.
Более удачливым оказалось знакомство с единоплеменником из Центрального Комитета Владом Соловьевым. Этот молодой человек обладал на редкость широким кругозором, но как аналитик и референт был бездарен. Одно дело напичкать голову всевозможной информацией, завести нужные связи, наладить мосты с важными персонами. Другое — уметь все это переработать в четкие указания и решения. Вот с этим получалось плохо.
Бывший резидент постепенно с удивлением узнавал, что Соловьев еще не самый худший из остальных. Для пользы дела ему пришлось пообщаться с несколькими высокопоставленными представителями партии и правительства. Неужели тут наверху такие проблемы? Как можно было набрать на ответственные должности таких бездарей? Как вообще эта копия достигла таких вершин с подобным руководством? Или это уже начало неизбежного разложения?
Затем Вайсбейн с помощью анализа и хитрых вопросов смог связать концы с концами. Так уж исторически сложилось, что внутри управления СССР существовала жесткая конкуренция. И ни одна из сторон не могла получить длительное преимущество. Ну это как раз бывшему резиденту понять получалось. Ты прорываешься к власти и начинаешь пользоваться всеми её возможностями. Движение к обществу справедливости никогда не идет прямой дорогой. Тем более что этот путь еще не был никем пройден. В этой ипостаси СССР пассионарный толчок двадцатых годов продолжался дольше. Политическая борьба не помешала обществу достигать больших высот во всем.