— Куда дальше?

— Подожди, дай отдышаться. Стар я стал для таких забав, — Натан Иосифович достал из бардачка сложенную во много раз карту и начал разворачивать ее.

— Да вы еще ничего держитесь, дядя Натан, — раздался голос сзади. — По ходу, Миха, мы оторвались.

— Да сам вижу. Никак не ожидал, что в такие траблы попадем.

— Зуб даю, тот, со сломанным носом, в деле. Надо было нам с тем пацаном разобраться.

Вайсбейн оторвался от карты и сердито ответил:

— Да не трави душу, Сеня! Миша, давай налево и через два километра поворот. Там и заночуем.

— А что там?

— Дача друга. Да не смотри так. Моя хаза, куплена на подставного. Нынче и она, считай, погорела, как и квартира.

Михаил с любопытством скосился. Его всегда интересовали реалии посещаемых ими миров. Да и отвлечь пожилого человека не помешало бы. Хреново он выглядел.

— Куплена? А зачем, не проще арендовать?

— Не здесь, Миша. Таки я и купил очень не задорого.

— Криминал небось?

Натан Иосифович пошлепал по привычке губами и нехотя согласился:

— Все мы грешны. Но кто ж знал, что уходить придется вот так. И юрист у меня заряжен на продажу…Но в городе лучше нам не появляться.

— Вы нам дарственную сделайте, а мы продадим, — заржал сидевший позади Семен.

— Я, молодой человек, не хочу губить ваши юные души.

— Здесь поворачиваем?

— Да. Тут хорошая дорога, я депутату местному на выборы пожертвовал. Дом крайний, ближний к лесу.

Михаил улыбнулся:

— Умно. Выезда тоже два?

— А то ж!

Дом был простым и далеко не новым, но довольно крепким. Михаил заехал с заднего двора, встав сразу мордой на выезд. Натан Иосифович тут же пошел к соседу разузнать о делах, а парни начали выгружать сумки со съестным и одеждой. На кухне имелся баллон с газом, потому хозяйственный Семен сразу поставил на плиту воду. Жутко хотелось есть и выпить чаю.

— Все тихо, ребятки. Сидим на попе ровно!

— Сосед как?

— Мировой мужик. Я ему пузырь выдал, а он с нами свежими огурчиками и помидорами поделился.

— О, закусь! Слышь, дядя Натан, накатить бы? Мы тут видели в сумке.

— Нет-нет, это для бартера. А нам, — мужчина достал фирменный пакет, — вот эту. Голова болеть не будет.

— Вы водку пьете?

— После такого только её родимую.

— Понял. Без базара!

Семен шустро сварил макароны с тушняком, сумев сообразить нечто вроде томатного соуса. На плите уже закипал чайник, на столе появилась «походная» сервировка. В доме нашлись хрустальные рюмки и стаканы. Народ когда-то копил посуду на черный день, но тот пришел и здорово поменял ценности.

— Не чокаясь и без тостов.

Выпили, закусили. Михаил под изумленным взглядом хозяина намазал толстый кусок хлеба горчицей, затем положил сверху ряд шпротин.