Девичье сердце не было занято, но долг звал пройтись вдоль площади. Сегодня на ней собралось довольно много народу. Дарье совершенно непонятно желание людей заниматься подобным «отстоем». Но не зря им на лекциях постоянно толкуют о долговременном факторе мелкобуржуазного мышления и проявлений мещанства. Современное советское общество таким здоровым, что могло дать части своих граждан вести отсталый образ жизни. Не обеднеет. Это лучше, чем провоцировать никчемный конфликт.

— Фифа эта снова тут? Зуб даю, что следит.

— Не гоняй! Это она на меня запала! Ты серьезно считаешь, что такие красотки работают на ментов?

Семен скуксился, но промолчал. Хрен его знает, что может происходить в этом сумасшедшем мире. Реклама соевого мяса, шоколада без какао и постоянное напоминание о том, что стоит экономить все ресурсы. Они так скоро какашки смывать перестанут. А что? Экономия воды и говна сразу на поля в свежем виде! Спецдоставка!

— Все равно подозрительно.

— Сейчас и проверим, — Михаил протянул продавцу две банкноты эрцаз-валюты, что ходила в этой копии, и пока его товарищ не опомнился, быстрым шагом направился к девушке.

Дарья вздрогнула, услышав голос и резко развернулась:

— Привет, меня Майком зовут.

В реглане и кепке стрекболиста незнакомец смотрелся интересней. Девушка слегка нахмурилась

— Ты ко всем так безапелляционно подкатываешь?

— Как? Безаппе… — просмеявшись, Михаил добавил. — Так меня еще никто не отшивал!

— Извини, — Дарья улыбнулась. Её открытому лицу улыбка очень шла. — Просто место тут не самое удачное. Ты студент?

— Типа того. Но что ты здесь делаешь? На почитателя старых вещей вовсе не похожа. Кстати, нам тебя так и не представили.

— Дарья. Я тут… как бы на практике, — заметив удивление, Смирнова добавила. — Нас, курсантов отправили в подмогу местным. Кого-то опасного второй день разыскивают в столице.

— Да ты что! — Михаил совершенно не изменился в лице. — Никогда не видел таких красавиц в органах.

— Скажешь тоже, — Дарья засмущалась.

— Бандитов ловите?

— Не знаю. Нам не сообщают. Довели лишь, что высматривать всех подозрительных.

— Ну все! Ты меня разоблачила. Арестуйте меня, офицер! Я требую наручники!

Смирнова рассмеялась. С этим Майком почему-то было легко общаться. Не то, что с напыщенными или слишком серьезными однокурсниками.

— Силовые наручники в доступе лишь у действующих сотрудников. Или ты про другие?

Девушка, схохмив на скользкой теме, пошла краской, а Михаил внутренне присвистнул. Это чему там их в Академиях учат?

— Неважно. Дашь номер своего «комми»?

Смирнова подумала и решались. Сколько можно казаться букой! Второй год в столице, а толком друзей не нашла. В Академии больше учились дети местной верхушки. С ней они почти не общались, да и жили казалось в иной вселенной. Молодых людей, пробившихся в заведение своим талантом и усердием было не больше трети учащихся.