— Я рада тебя видеть, Ханна, — ответила я, приседая, чтобы погладить её по голове. — Как твой отец?
— Он ушёл на весь день. Сказал, что вернётся поздно, — мрачно ответила Ханна.
— Твой отец не хотел бы, чтобы мы виделись. Лучше тебе вернуться домой, — мягко сказала я, чувствуя, как внутри всё сжимается от мысли о предстоящей разлуке.
— О нет, пожалуйста, возьми меня с собой в Алариэль! Я так люблю там бывать!
— Ну… не знаю.
— Пожалуйста — пожалуйста, — молила она. — Ну, Томочка, мне очень хочется.
Столкнувшись с её настойчивостью, я колебалась, зная, что Дейв будет недоволен. «Если он узнает, точно меня убьёт», — промелькнула мысль.
Но, с другой стороны, нашу договорённость с Дейвом не нарушила, и чёрту не переходила. Я протянула руку Ханне, и она с восторженным криком схватилась за мою. Пройдя зелёный мерцающий портал, мы ступили на шумный перрон вокзала, где гул голосов сливался с лязгом поездов, а запах кофе из кафе дразнил обоняние. После недели, проведённой в тишине и уединении острова, возвращение в город Алариэль было волнующим.
Внезапно раздался строгий голос:
— Документы.
Маг в синей униформе протянул руку. Я сунула ему паспорт и спохватилась: документов на Ханну у меня не было.
— Дядя Эдвард! — воскликнула Ханна, сияя своей заразительной улыбкой. — Как Мэри? Неужели ты уже стал отцом в четвёртый раз?
— Ах, Ханна! — маг расцвёл в ответ. — Да, у нас родилась крошка, которую мы назвали Сьюи. Вы с Дейвом обязательно должны заглянуть на обед. А где же он? Ты сегодня с…
— Это моя мама, — Ханна кивнула на меня, и я почувствовала, как краснею. — Она вернулась. Но мы забыли мои документы. Прости, дядя Эдвард…
Мужчина вздохнул и неодобрительно посмотрел на меня.
— Ладно, Ханна, но только в этот раз. — Он обернулся ко мне. — Передавайте привет мужу. И надеюсь, вы больше не бросите эту чудесную девочку, — проворчал он.
«Не брошу?» – вопрос терзал душу. Раньше я думала, что мать Ханны умерла, и эта мысль пронзала сердце острой болью. Да, иногда так говорят, подразумевая просто уход из жизни, но я не была готова к тому, что эта женщина оставила свою маленькую дочь. Возможно, из-за болезни? Я не знала этого точно.
Ханна, крепко стиснув мою руку и на ходу прощаясь с дядей Эдвардом, увлекла меня к выходу. Сердце сжималось от волнения. «Расспрошу Ханну о маме при первой возможности» пронеслась мысль в голове. Сейчас же я не решалась задавать вопросы. «Почему она назвала меня мамой?» — эхом звучало в ушах это нежное слово, наполненное теплом и уютом. С каждой минутой, проведённой с Ханной, я всё больше привязывалась к ней, чувствуя, как между нами возникает невидимая, но крепкая связь.