— Кастрюля?
— Да. Там радуга для единорога, — пробормотала я краснея. Радужная эссенция теперь не на моей стороне, и важно забрать хотя бы эту.
— Подожди здесь, — сказал Дейв и отошёл. Но через момент остановился, повернулся и подошёл вплотную к невидимой границе, разделяющей нас. В его взгляде играла насмешка. И я была уверена, что под красной тканью скрывалась улыбка. — Радужная эссенция есть рядом с порталом, — бросив это, Дейв удалился.
Спустя мгновение он вернулся, протягивая мне рюкзак и кастрюлю:
— Вот вещи. Я сказал Ханне, что тебе нужно к единорогу.
— А Ося?
— Кошку верну завтра, — вздохнул Дейв. — Ханна не хочет с ней расставаться, — он виновато посмотрел на меня.
— Ладно.
Надев рюкзак и взяв в руки кастрюлю, направилась к приюту, но заметила: Дейв идёт за мной.
— Ты перешёл линию. — Я остановилась.
— Разве? Но никто не запрещал мне это.
Моё раздражение усиливалось.
— Так получается, я не могу переходить границу, а ты свободно перемещаешься по моей территории?
— Похоже на то. Ты не выдвигала никаких требований, — ответил Дейв, словно это было само собой разумеющимся.
— Тогда позволь выдвинуть их прямо сейчас.
— Но наше соглашение уже заключено, — напомнил он.
Кажется, Дейв будил во мне самые дурные эмоции.
Вместо того чтобы ответить грубо, я повернулась и пошла в сторону приюта. Каждый шаг отдалял от Дейва, но не от мыслей. В голове крутились вопросы и сомнения относительно сделки, которую мы заключили, и странного поведения отца Ханны. Приближаясь к приюту, размышляла о девочке и о том, как важно ей помочь. Обернувшись, я увидела: Дейв остался далеко позади, но его присутствие всё ещё чувствовалось.
«Значит, нравится играть по своим правилам?» — мысленно спросила Дейва и клянусь, услышала его ироничное «да» в ответ.
Глава 17. Радуга для единорога
Ночь прошла тревожно: я плохо спала. События дня продолжали прокручиваться в голове. Отголоски разговоров и загадочное поведение отца девочки заставляли чувствовать себя неловко. Сначала думала, что он бросил Ханну, но то, как Дейв смотрел на дочь и разговаривал с ней, заставило взглянуть на вещи по-другому. Я поняла: его желание — защитить ребёнка от внешнего мира. Видимо, уход Мэллы задел за живое не только Ханну, но и Дэйва.
И каждый раз, когда казалось, что я на мгновение засыпала, какой-то обрывок диалога или взгляд Ханны мгновенно возвращал в реальность. К утру я была измотана, чувствуя себя так, словно вообще не спала. Шаркая на кухню, в голову пришла мысль: «Пора что-то менять в этой кровати, иначе все ночи станут моим кошмаром».