Или он ошибается? Воспоминания смывались, выцветали, превращаясь в сухую констатацию факта, постепенно совершенно исчезая под действием неумолимого времени. Память сохраняла лишь самые яркие и важные моменты, милосердно избавляя от повседневной шелухи рутины. Селеста утверждала, что при желании можно восстановить всю свою жизнь поминутно, но пока что ни у кого из немертвых такого желания не возникало. Чаще наоборот — кое-какие моменты очень хотелось бы позабыть.

«Может, ученика взять? — поудобнее перехватывая габаритную ношу, сбился Хастин с лирического настроя. — Помощника. Подобрать кого потолковее из новичков, пусть инструменты таскает и за библиотекой приглядывает. И руки свободными будут…»

Резко развернувшись, он пристально уставился в темноту. Показалось? Да, скорее всего. Никто из собратьев не стал бы от него прятаться. Возможно, демон из мелких умудрился просочиться сквозь окружавший город периметр, или кто-то из коллег решил в полевых условиях испытать новую разработку. Хотя нет, вряд ли. Чувство узнавания, возникающее при встрече немертвых, слишком специфично, и перепутать его с каким-либо иным сложно.

Немного поколебавшись, Хастин сосредоточился и выдохнул заклинание. Если поблизости есть кто-нибудь из жрецов, особенно светлых храмов, вампирическую магию они засекут на счет «раз». Особо ретивые иногда присылали вооруженный отряд с целью поимки «мерзкого отродья Тьмы», причем с каждым десятилетием двинутых на голову энтузиастов становилось все больше и больше. Население растет, число дураков тоже увеличивается… Однако после инцидента в Ласкарисе талейцы очень нервно реагировали на появление восставших, не принадлежащих к слугам госпожи, и колдун не избежал всеобщей мании. Да и чутье подсказывало, что рискнуть стоит.

На пределе дистанции ощущалось чье-то затухающее присутствие. Немертвый, причем совершенно Хастину незнакомый, быстро удалялся к окраинам города. Поставить метку на таком расстоянии нереально, кроме того, аура чужака выдавала знакомство с оккультными науками, а значит, маячок он скинет. Попытаться преследовать? Не факт, что удастся догнать, и, главное, сундук бросать неохота. Бесхозную вещь местные мигом к рукам приберут. «Нет уж, пусть беглеца Зерван или Латам ловят, они у нас главные любители мечом помахать».

Его дело — сообщить новость Селесте. Остальным займутся другие.

Вождь должен быть сильным. Вне зависимости от уровня развития цивилизации, исторического периода и прочих внешних условий, именно личная сила предводителя во многом определяет потенциал выживания народа. Только вот выражается она по-разному, для каждого времени и общества поворачиваясь собственной гранью. Физическая сила в первобытном племени значит примерно столько же, насколько ум, хитрость и дипломатичность котируются в Кремлевском Дворце Съездов. Впрочем, есть качества универсальные, необходимые лидеру везде и всегда, — жестокость, циничный расчет, готовность переступить через рамки принятой ныне морали…