Задумавшись, маг понял, что у него все же найдется в загашнике то, что должно удивить этого русского. Идеальное творение, над которым он работал последние двадцать лет. Голем плоти, способный регенерировать любые повреждения и обладающий частичным иммунитетом от магии. Вкупе с толстой шкурой, острыми когтями и клыками это создание становилось кошмаром для любого мага. Зеленый не зря столько лет потратил на его создание, маг учел все возможные виды урона, и благодаря этому голем почти неуязвим. Вот только он планировал создать для начала отряд из таких существ и только потом выпустить в мир, но, видимо, придется немного поменять планы. Господину нужен результат, и Зеленый прекрасно знал, что будет, если он этот самый результат не даст.

Рука мага сама потянулась к левой стороне груди, где под одеждой у него был спрятан шрам, который не поддавался никакой регенерации. Отметка, оставленная господином много лет назад. Тогда Зеленый был еще молодым и глупым магом. В какой-то момент он решил, что можно наплевать на наличие господина, и почти сразу же поплатился за это. С тех пор он значительно поумнел и больше никогда не считал себя выше господина, но шрам все же остался.

Отложив в сторону ноутбук, маг встал и, открыв портал, шагнул в него, тут же оказавшись в нужной лаборатории. Огромный подземный зал был набит всевозможными артефактами, а также техникой, а в самом центре стояла огромная клетка из особого сплава, внутри которой мирно спал голем плоти. На вид создание чем-то напоминало тигра, только полностью черного цвета и раза в два крупнее. Подойдя к клетке, Зеленый улыбнулся. Каждый раз, глядя на голема, маг испытывал гордость. Это было его творение, для этого зверя он был всем и даже больше.

— Пора тебе проснуться, малыш, — Зеленый аккуратно постучал по прутьям клетки, и зверь открыл свои огромные желтые глаза с вертикальными зрачками.



* * *

Москва. Особняк Бестужевых.

— Долго он еще пробудет в таком состоянии? — Смутно знакомый голос заставил меня поморщиться. Спать хотелось зверски, при этом я почему-то точно знал, что не должен спать, просто знал.

— Еще как минимум три часа, — ответил другой, также знакомый мне голос, — учитывая яд в его крови, это еще быстро. И вообще, Петрович, любой на его месте уже был бы трупом.

— Ну так наш граф не любой, — хмыкнул первый, и я наконец-то вспомнил, кто это.

Князь Ермолов, мой тезка и одновременно вассал. А вторым, стало быть, является граф Суворов, не иначе. С большим трудом я разлепил левый глаз и несколько долгих мгновений пытался сфокусироваться на размытой фигуре рядом с кроватью. В конце концов у меня все получилось, и я увидел донельзя удивленного Ермолова.