— Благодарю, — кивнул мужчине я, вошел в палату и уставился на лежащего на кровати капитана.

Вид у Ветрова и правда был так себе: сероватый цвет лица, впалые щеки и покрасневшие глаза.

— Красавчик, не правда ли? — капитан ухмыльнулся, — садись, Бестужев, в ногах правды нет.

— Но нет ее и выше, — я покачал головой, — рад, что ты выжил, капитан.

— Всё благодаря тебе, — серьезным голосом произнес Ветров, — если бы не ты, парень, я был бы мертв. И я благодарен тебе, ты даже не представляешь насколько.

— Сочтемся, — я усмехнулся, — но мы так и не договорили. Почему ты захотел встретиться со мной в этом баре, и что в итоге с теми бумагами, что я тебе передал?

— Дела не будет, — Ветров покачал головой, — судя по всему, мой начальник не так уж и верен общему делу. Он приказал мне не вмешиваться в это дело, да и вообще забыть про него, и сконцентрироваться на убийстве царевых слуг.

— Так ведь это дело рук Островского, — я нахмурился, — ничего не понимаю.

— Ты слишком молод, Алексей, ничего удивительного, — Ветров усмехнулся, — структуры империи намного сложнее, чем все думают, даже ИСБ не монолит, у нас есть разные кланы, разные группировки, каждая из которых имеет свои интересы.

— И что ты предлагаешь, капитан? — я нахмурился, — я отдал тебе в руки доказательства вины Островского, а теперь слышу, что барону ничего не будет. Может, мне стоит взять это дело в свои руки и лично навестить Островского?

— Может и стоит, — задумчиво ответил Ветров, — хотя я бы все же не советовал, у барона неплохая гвардия, в одиночку ты не справишься, Алексей. Предлагаю тебе сделать вот что, поехать домой, привести себя в порядок и отдохнуть, — Ветров усмехнулся, — а я пока сделаю несколько звонков. Если нельзя действовать как опричник, значит будем действовать по-другому.

— По-другому — это как? — я хмыкнул, — капитан, один раз я уже вам поверил, думаете, это прокатит и во второй раз?

— Думаю, да, — спокойно кивнул он, — ведь я буду действовать не как капитан Ветров, а как дворянин. Я более чем уверен, что за сегодняшним нападением стоит либо Островский, либо же его покровитель. До него нам не добраться, да и не знаю я, кто это, если честно, а вот до Островского легко. И я с большим удовольствием вцеплюсь ему в глотку.

— Что ж, тогда и правда лучше подождать, — моя усмешка стала еще шире, — будет интересно посмотреть, на что вы способны.

— О, тебе это понравится, — Ветров улыбнулся и откинулся на подушку, прикрыв глаза.

Этот разговор измотал его, поэтому, попрощавшись с ним, я покинул лазарет, мы поехали в сторону дома. По дороге я размышлял о том, что делать дальше, и выходило, что мне придется схлестнуться с Островским, этот гад точно не оставит меня в покое. А еще рано или поздно он догадается, кто взял его бумаги, если уже не знает.