— Как скажете, ваша светлость, — голос Гедианова дрогнул, так как он знал, если за тобой приходит витязь Перуна, шансов у тебя считай нет, эти бойцы даже грандов могут свалить при определенной удаче, а значит сопляку Распутина конец.
Глава 19 Вот это поворот! * * *
Третий Бастион. Два дня спустя.
— Наконец-то, — довольно улыбнувшись, я еще раз пересчитал деньги и сам себе кивнул.
Сто восемь тысяч за три дня, кажется, я тут побил местный рекорд по количеству добытых ингредиентов, но главное дело сделано, а значит, теперь Ярослав станет моим человеком полностью, естественно, после того как я выкуплю его у Гедианова. Кстати насчет коменданта первого бастиона, последние два дня он как-то притих, и дед тоже со мной не связывался, как-то это странно выглядит, надо бы связаться со стариком.
— Что дальше, командир? — голос Димы отвлек меня от размышлений, и я вернулся в реальный мир.
За последние два дня бойцы наконец-то безоговорочно признали во мне старшего и теперь стараются особо ничего не делать без моего приказа, тем более что моя затея с использованием Хаоса наконец-то дала результат, и пусть он пока не очень внушительный, но даже этого хватило, чтобы впечатлить ребят. За три дня их сила выросла процентов на десять, а вот скорость — на все пятнадцать, и пусть я знал, что обычных людей можно усилить где-то в два раза, пока что им не говорил, пусть сначала привыкнут к этому.
— Для начала пойдем пообедаем, — я усмехнулся, — как-никак наш первый обед в бастионе, можно даже это отметить кружкой холодного кваса, например, — я подмигнул бойцам, — ну а потом я поговорю с Дубом, если вы, конечно, не передумали.
— Не передумали, командир, — Дима отрицательно покачал головой, — если там хороший куш, мы согласны, тем более что всё это делается во благо рода.
— И вам совсем не хочется зарабатывать большие деньги? Вы же сами видите, Защитник может получать куда больше, чем дружинник, — я усмехнулся.
— Вот только за спиной Защитника не стоит ни род, ни клан, — рассудительно ответил Семен, — и если с Защитником что-то случится, то будет он жить так, как сможет, а дружинник даже если падет в бою, может быть уверен, что его семья не будет ни в чем нуждаться. Поэтому, конечно, мы бы не отказались от денег, но в ущерб службе рода этого точно делать не будем.
Я кивнул и протянул каждому по две тысячи рублей, для Ярослава нужно сто, а значит, восемь мы можем поделить между собой.
— Держите, — я покачал головой, видя, что бойцы сомневаются, — сто тысяч мы пустим на дело, это вы и сами знаете, но также вы должны знать еще одно: мои люди никогда не будут стеснены в средствах, это говорю вам я, Константин Распутин.