— Юный господин решил прийти и своими глазами все увидеть, — спокойно ответил Тихон, — я не посмел ему перечить.

— Ладно, — дед сбавил обороты и, тяжело вздохнув, глянул на меня, — пошли, посмотришь сам, раз тебе так сильно интересно. А вот тебе не стоит, — он недобро глянул на Алину, и та все сразу поняла, сделав вид, что двор ее интересует куда больше, а мы с дедом наконец-то вошли в дом.

Первое, что я заметил почти сразу, это кровавые пятна на стенах и на полу, такое ощущение, что тут поработала целая бригада мясников, но при этом трупов не было, что довольно странно. Дед же повел меня куда-то вглубь особняка, и через несколько минут мы пришли к тяжелой двери, распахнутой настежь, и я увидел кристалл источника Тумановых. Вот только в отличие от нашего кристалла, этот был в несколько раз меньше, и, судя по свечению, он был в разы слабее, чем кристалл Распутиных.

— Посмотри внимательно на кристалл, ничего не замечаешь? — дед остановился, не доходя до источника, и грустно улыбнулся.

— Он как будто бы обессилен, — через несколько секунд ответил я, — но как такое могло случиться? И вообще, куда делись Тумановы, куда делись их люди, слуги, дружина?

— Хм, на твои вопросы у меня нет ответов, внук, — спокойно ответил дед, — единственное, что я могу сказать, так это то, что сработали тут на пять, охрану взяли тихо, после чего перебили всех, кто был в доме, но вот зачем кому-то это делать — вот это главный вопрос.

— Ослабить нас? — предположил я, — если наш клан лишится одного рода, это станет сигналом для остальных, что Распутины слабеют, а значит, быть в нашем клане уже не так безопасно. Может такое быть?

— В теории да, — дед кивнул, — вот только ты забываешь одну простую вещь, мы все безбожники, в империи есть только один такой клан, наш клан, так что уходить им некуда! Нет, они могут попросится в качестве слуг к кому-то, но максимум, что им светит, — это быть в роли прислуги и пушечного мяса.

Мда, а вот про это я забыл. А еще нельзя забывать, что те же храмовники могут не дать добро на такое, принять в клан безбожников — та еще затея, и как к этому отнесутся боги, никто не знает, прецедентов не было.

— Значит, нас просто хотят уничтожить, — как-то буднично сказал я, — и что делать, я не знаю, дед, если у кого-то хватило сил вот так тайно проникнуть в родовой оплот не самого слабого рода, то у него точно хватит сил повторить такое. Мы, конечно, поднимем людей, будем бдить, но ведь нельзя постоянно быть в полной боевой готовности, — я внимательно посмотрел на деда, и тот нехотя кивнул.