А может правда, их всех…

Скользя взглядом по собравшимся, я думал, что, возможно, вообще никогда они не желали мне ничего хорошего. Разве что Марта, когда была помладше. Тогда она не знала, что я отличался от других, что водиться со мной не стоит, что меня можно лишь презирать и унижать. Я нашёл её среди толпы и взглянул в серые глаза бывшей сестры.

Она смотрела прямо на меня, как многие сейчас, но её взгляд был другим. В её глазах стоял не страх, а слёзы. Она протянула руку то ли к небу, то ли ко мне, и её губы раскрылись, чтобы произнести:

— Хару, — по их движению прочёл я.

Тогда злость схлынула, а сердце заполнило мягкое, уютное тепло. И это было не менее приятно, чем переполняясь силой, парить в воздухе или двигаться в своём теле, чувствуя, как каждая его мышца живёт и сокращается… Небо темнело, вышло ночное светило — его голубоватые переливы успокаивали и умиротворяли.

— Спускайся! — кричал на меня снизу Жеффер.

Маги всё ещё тщетно направляли на меня заклинания, что не могли причинить вреда из-за плотных потоков воздуха, мечущихся вокруг меня.

Одна из магов, женщина с рыжими волосами, завязанными в высокий хвост, подошла к Жефферу. Они были далеко, но мне было интересно, что она скажет, и я, усилив звукопроводимость воздуха, услышал.

— Может быть, ещё не поздно извиниться перед ним и отпустить. Мы могли бы дать ему денег и отправить путешествовать. Я верю, он бы просто ушёл. Ведь до сих пор он на нас не напал.

Жеффер нахмурился.

— Знай своё место.

— Но послушайте. Он же сильнее…

— Что за вздор ты несёшь⁈ Как его отпустить? Он предназначен в жертву.

— Лорд Жеффер, лишь из-за вашего положения вы не можете так себя вести!

Жрец сжал зубы, а затем замахнулся и дал женщине пощёчину. Но та не сдалась, лишь стала говорить злее и громче.

— Почему вы не посмотрите правде в глаза⁈ Не видите, что нам его не победить? А сам он что-то не торопиться быть принесённым в жертву! — держась за щёку, закричала она.

— Повторяю, знай своё место, — Жеффер угрожающе надвинулся на неё и она, сжавшись, опустила голову.

Кстати, эта самая женщина всего минуту назад очень активно кидала в меня убийственные заклинания воздуха. Их я впитывал первыми, для этого их даже не надо было преобразовывать. Скорее всего, она подошла, чтобы уговорить Жеффера прекратить нападение не по доброте душевной, а просто потому, что единственная из собравшихся могла полностью ощутить мою магию. Не пойму, как она при таком раскладе ещё не сбежала, а пыталась драться.

Маги же других стихий почти не ощущали магию воздуха, поэтому могли судить о моей силе только по-видимому ими. А я ведь ещё и на десятую часть не разошёлся. Пока я только летал да защищался.