Свет пламени странно задрожал, казалось, что стены помещения тряслись.

Раздались удары, под которыми добротная дверь не выдержала и с громким стуком ввалилась внутрь. В проёме появилась красивая женщина. Она носила простые кожаные доспехи, а через её плечо была перекинута светлая коса, перевязанная алой лентой. Её глаза смотрели на жреца с крайним презрением.

Черты её лица значительно изменились, но всё же я узнал её. Да и как бы я мог не узнать, ведь это была повзрослевшая Марта!

— Жеффер, отныне вы не являетесь лордом наших земель, — она подошла к жрецу и ударила рукой по столу. По нему пробежала волна красной магии, и он вспыхнул. Языки пламени распространились по всей его поверхности в одно мгновение.

Жеффер вскочил из-за полыхающего стола, сбивая огонь с полы мантии и хрипло проговорил:

— Да как ты посмела?

Марта взяла Жеффера за грудки и легко притянула к себе.

— Ты, никчёмный жрец, не владеющий и толикой магии, смеешь грубить мне, королевскому магу⁈ Сколько лет ты дуришь головы деревенским? Так ещё и новую жертву вздумал искать? — она отшвырнула его к стене. — Ты так и не понял, что твой бог отвернулся от тебя, когда ты убил… — её рука задрожала, и она сглотнула, — убил Хару⁈

Она приказала появившимся в проёме мужчинам в доспехах:

— Связать его. Замок переходит под наш контроль.

Марта методично продолжила раздавать указания. А затем словно посмотрела мне в глаза и тихо-тихо произнесла:

— Я отомстила за тебя, братик. Прости, что так долго, — она качнула головой, и её грустный взгляд исчез, вновь обратившись холодным и уверенным.

Изображение поплыло, и звуки стали удаляться.

Вот убранство кабинета перетекло в изображение замка, что я видел в детстве на горе: красивый, с белоснежными башенками и голубой черепицей. Вскоре он стал маленьким, и я разглядел красивейшие горы, утопающие в зелени. А затем окно, через которое я подглядел за миром людей, распалось туманом.

— Без магии? — вопросительно посмотрел я на друга.

— Я заблокировал её, когда он убил тебя. Он недостоин моей магии, — серьёзно ответил Эос.

— Твоей? Так это ты наделил его ей?

— Верно. Любой человек, владеющий моей стихией, должен унаследовать её от дэва, — он вздохнул. — Мы, как и наша сила теперь, не можем проникнуть в человеческий мир, вскоре в нём вовсе не останется наших следов. Возможно, люди даже станут думать, что нас никогда не существовало.

— Не грусти, — улыбнулся я и подмигнул. — Помнишь, я обещал с этим помочь.

Он отразил мою улыбку.

— Кстати, Эос, давно хотел тебя спросить. Помнишь, когда Жеффер бегал за мной с ножом, с него сорвалась молния? А потом жрец замер, а я вдруг стал таким сильным-пресильным… Признавайся, это было твоих рук дело?