Я отдал приказ ускориться, потому как отчётливо понимал, если мы промедлим ещё хоть на несколько минут, то это будет конец. Дрон облетел округу, чтобы посмотреть, может, ещё откуда-то идёт помощь? Но никакой помощи не было, сейчас жизни всех людей в Южногорске зависели только от нас с ребятами и немногочисленных имперских охотников, среди которых сражался лично князь Суворов.
Я даже глаза протëр, когда дрон показал его, кидающего в толпу тварей огненные заклинания, и невольно зауважал этого человека. Далеко не каждый князь станет вот так рисковать жизнью ради спасения жителей даже не своего княжества.
Но параллельно с восхищением одним князем, у меня в подсознании всплыла жгучая ненависть к другому. Где, мать его, Гедеонов со своей гвардией? Это его вотчина, его люди и его вина, что прорыв вообще произошёл, а он и его вассалы даже не чешутся. Где Долгов, силы которого по идее должны базироваться непосредственно в Южногорске? Он хоть и граф, а не князь, но управляет сильно военизированной территорией, у него просто не может быть слабой гвардии. Или я чего-то не понимаю в этом мире?
Ладно, оставим это на их совести и на рассмотрение государю. Сейчас не время злиться и задумываться о всяческих мерзавцах. У меня есть чёткая задача — не допустить распространения монстров дальше пограничной территории и дождаться подкрепления. Так что, я до боли сжал кулаки и принялся отдавать приказы.
— Экзоскелеты, на взлёт! Маги-массовики, на позиции! Водители, максимум скорости! Стрелки, оружие наизготовку! Операторы, дроны в воздух! Вика, готовь Жорика! От нас зависят жизни людей! Только мы сейчас решаем, увидят ли жители Южногорска завтрашний рассвет! Покажем монстрам нашу силу! Заставим охотников уважать нас! За Империю, за род! В бой!
Глава 22 Бой
Юрий Дмитриевич Суворов бился, словно голодный лев. Бился и проклинал всё на свете: гребённую зону, долбанных монстров, этот ублюдский прорыв и особенно конченный Южногорск с его предателем-князем. А ещё его почему-то злил барон Вершинин. Он сам до конца не понимал, за что он так взъелся на пацана, но почему-то именно его образ сейчас стоял перед глазами.
Да, в последнее время Суворов сдал, расслабился, но это была всего лишь леность, минутка слабости и, конечно же, никакого злого умысла. Юрий был до мозга костей предан Империи и императору лично, но в этот раз он оступился, поэтому был обязан сам искупить свою вину, чем он прямо сейчас и занимался.
На Суворова запрыгнула очередная стайка монстров, он встретил их стеной огня, превращая уродливые тела в кучку пепла, а сам продолжил корить себя за слабость. Как он мог допустить прорыв? Это ведь прямая его вина, именно он отвечает за охотников и аномальные зоны. Понятное дело, что в первую очередь за прорыв ответственны местное отделение гильдии и Астраханский князь, и Суворов обязательно разберётся с ними со всеми, когда это безумие закончится. Если выживет, конечно. Но он постарается, в лепёшку разобьётся, но победит, потому что больше всего сейчас он хочет посмотреть в глаза своим подчинённым и князю-предателю, который, кстати, совершенно не спешит присылать свои войска на помощь.