— Чаще всего, человек в подобном положении не может сам побороть и укротить свой собственный дар, потому что ему просто не хватает сил и опыта. С другой же стороны, дар защищает хозяина от почти любого внешнего вмешательства, принимая его за угрозу. В результате, маг живёт какое-то время, потом его органы постепенно начинают отказывать, и он умирает, ну или можно его держать годами на препаратах и медицинских приборах, только подобная тактика лишь продлит агонию, но никак не поможет.

— И что ты предлагаешь? — Бронский выглядел чернее тучи, видимо, местные целители не говорили ему таких подробностей, потому что, скорее всего, сами их не знали.

— Я могу помочь, мой дар, скажем так, не совсем целительский, и я умею работать с подобными недугами, но…

— Любые деньги, Максим! Проси, что угодно! Я всё сделаю! — перебил меня граф, вскочив со стула.

— Дело не в этом, — я тяжело вздохнул, предстояло принять неприятное решение, причём и для меня тоже, но, похоже у меня нет выбора. Не могу же я оставить девочку в столь ужасном состоянии. — Во-первых, мне нужно знать, какой конкретно дар у Виктории.

— Это секрет рода, — ответил на автомате Бронский, а потом понял, что мы принесли клятвы, и сейчас явно не время скрывать подобные нюансы. — Разум. Только никто не должен знать об этом, Максим.

— Я понимаю, Ваше Сиятельство, — я вежливо кивнул, — не беспокойтесь на этот счёт. Разум — это хорошо, с ним будет проще договориться, на то он и разум, но сути это всё равно не меняет.

— Говори уже, я же понимаю, что ты к чему-то клонишь, — граф меня прочитал, — думаю, что бы ты не сказал, хуже уже не будет.

— Ну, это, смотря с какой стороны посмотреть, — я невольно усмехнулся, — ладно. В общем, дело обстоит следующим образом: как только я вмешаюсь в её состояние и отрегулирую, назовём это так, её дар, он будет считать меня более сильным, а значит главным. Будет тянуться ко мне и моему дару, захочет служить. Всю жизнь. Виктория станет испытывать приблизительно такие же чувства, она будет считать меня очень близким человеком и хотеть всегда находиться рядом. С одной стороны, это даже где-то хорошо, потому что я верну её организм в состояние на момент инициации, а значит у неё будет только три дня, чтобы история не повторилась, и я, думаю, смогу ей с этим помочь. Только вот в целом ситуацию этот не поменяет. Виктория будет связана со мной навсегда. И самое ужасное: если умру я, то через некоторое время умрёт и она. Её дар станет зависимым от моего и уничтожит носителя, если останется без подпитки на долгое время.