– отвечала воительница на знаки лошадиной радости. Она то поглаживала, то почесывала вороную, то притягивала к лицу ее морду и прижималась к ней губами или щекой, то ласково хлопала по широкой блестящей шее. Они обе были счастливы снова видеть друг друга. Водружая седло на глянцевую спину лошади, Мирэй почему-то вспомнила, как три года назад она выиграла Тень у одного прощелыги, поспорив, что пять раз подряд обыграет его в карты. Собственной лошади у Мирэй тогда не было, а нужна она была просто позарез. Торговцы предлагали самых обычных верховых или вьючных, но девушка искала рыцарского коня. Тогда-то, приметив на короткой привязи непокорную вороную кобылку, Мирэй и решила, что именно эта высокая, на сильных ногах лошадь должна стать ее верной подругой и спутницей. А потом они обе, как говорится, сошлись характерами, начали понимать друг друга без лишних слов и со временем стали идеальным тандемом. Вот и сейчас, ощущая под своей ладонью бархатную морду Тени, Мирэй понимала, что их чувства совершенно искренни и взаимны. Выйдя из конюшни, девушка окинула взглядом дорогу, которая под лунным белесым светом казалась серебристой узкой лентой, бегущей к горизонту, темнеющую линию соснового бора и крыши поселка, еще не потревоженного первыми лучами солнца. «Как дороги для меня стали эти места... Каждый раз, уезжая, ноет в груди...» – подумала она и, глубоко вздохнув, словно желая на прощание насладиться здешним чистым, благодатным воздухом, подошла к крыльцу дома, где ее ждала заспанная Дизи. – Когда ты вернешься? – спросила она, обнимая подругу. – Не знаю. Думаю, через пару месяцев... А может, и раньше... Две молодые женщины постояли мгновение, прильнув друг к другу. Каждая из них молча воздавала молитвы и просила небо за другую, ставшую такой близкой и родной, как сестра. – Прощай, Дизи... – отстранившись, проговорила Мирэй, – пусть провидение хранит тебя и всех вас... – Мы будем ждать тебя, дорогая. Когда бы ты ни вернулась, наш дом – это твой дом, помни всегда об этом... – с теплотой и нежностью ответила Дизи и быстро заморгала, чтобы скрыть подступившие слезы. – Я помню, всегда помню... Мирэй снова прижала к себе подругу, на этот раз еще крепче, и, порывисто отстранившись, запрыгнула в седло. Короткий прощальный жест стал последним проявлением ее чувств. Будто поняв желание хозяйки, Тень рванула в резвый галоп, оставляя за собой легкие клубы пыли, вспыхнувшие серебряными искрами в лучах уходящей луны... *** Обширные просторы Икорона – королевства, где правил