с корзинками – в общем, всякого, кто желал посетить Велару. А после досмотра старый писарь делал аккуратную запись в длинном свитке, ведя строгий учет каждому, кто входил в город. Мирэй спешилась и влилась в длинную вереницу ожидающих своей очереди людей. Чтобы хоть немного скоротать время, которое тянулось, казалось, медленнее, чем ползет улитка, она принялась рассматривать лица, одежды и всякий скарб в повозках. Люди здесь были разные, как по достатку, так и по статусу. Кто-то привычно-терпеливо ожидал, кто-то ругался, досадуя на слишком неторопливую работу солдат и писаря, кто-то находил собеседника и обсуждал местные или далекие сплетни и слухи. Неосознанно Мирэй погрузилась в гул голосов, скрип телег, фырканье животных и топот многочисленных копыт и ног. Откуда-то издалека донесся шум, сначала неразборчивый, но нарастающий с каждой секундой. Наконец девушка услышала громкую брань, щелканье хлыста, людские возгласы, и глазам ее предстал сам нарушитель спокойствия. Богато разодетый юноша лет семнадцати, верхом на разгоряченной лошади, пробивался сквозь ряды ожидающих, раздавая удары кнутом направо и налево. – Прочь! – кричал он надрывно. – Расступитесь, смерды!.. – поток отвратительной брани полился на головы людей, попадавших под ноги его коня. Едва он поравнялся с девушкой, как Мирэй метнулась к лошади и резко дернула повод. Испуганное животное пронзительно заржало и взвилось на дыбы. Молодой всадник попробовал усмирить лошадь, но не смог. Он не удержался в седле и с гневным криком свалился на землю. – Кто?! – заорал юноша, бросив гневный взгляд на отпрянувшую толпу. – Кто посмел?! Воительница, недолго думая, шагнула к наглецу, наклонилась и, схватив его одной рукой за грудки, рванула на себя. От столь неожиданного толчка парень едва не ударился лбом о лоб Мирэй, но та вовремя остановила руку. – Допустим, я... – ледяным тоном проговорила она, – дальше что? – Да ты знаешь, кто я такой? – метая искры из глаз, крикнул юноша в лицо воительницы. – Тебя публично повесят, мерзкая шлюха! Повесят! – Ты сам этим займешься? Или на помощь кого позовешь? – все так же холодно ответила Мирэй. Люди, прежде расступившись, теперь окружили девушку и юношу, наблюдая со страхом и любопытством, чем же закончится это противостояние. – Я Волин Нотор! – снова закричал парень, ухватив ладонями руку Мирэй, все еще удерживающей его за грудки. Юноша попытался вырваться, но тщетно. – Я сын второго королевского советника! Как ты смеешь прикасаться ко мне?! – Простите, ваша светлость...