— Слышал я от своих родственников, что Корвин перешёл дорогу кому-то очень важному из правящей аристократии нашего города, — важно, как на параде, говорил Талер Соятов. — Видать, нашли на него управу, не дождёмся мы его сегодня.

— Это ты, сопля зелёная, про нашего господина Корвина так неуважительно отзываешься? — сказал Чикир весело. — Так это ты зря. Я ему не забуду рассказать о нарушении тобой субординации.

— Мы ещё посмотрим, как ты заговоришь, когда новый рыцарь будет пороть тебя хлыстом по десять раз на дню по моей личной просьбе! — тоже расхохотался Талер Соятов, совсем не обидевшись на оскорбление вонючей деревенщины.

Так они препирались и соревновались в остроте языков до самого появления нашего непосредственного командира. И вот тогда стало совсем не до шуток.

— Ну, так как, сопля зелёная, — расхохотался Чикир, — попросишь господина рыцаря пороть меня по десять раз на дню?

А старик Корвин, как и всегда, медленно хромал со стороны складов крепости. Он как обычно пришёл раньше всех. Просто задержался у интенданта Широкова. И чем ближе господин Корвин подходил, тем страшнее становилось. А его безразличное выражение лица — да что уж там говорить, морды! — заставляло сердце пропускать удар, стоило только посмотреть на него.

Обойдя отделение, он сел на свой излюбленный деревянный стул. И просто сидел, не обращая ни на кого внимания. Даже когда прибыл наш лейтенант, старый рыцарь не поднялся со своего стула приветствовать своего непосредственного командира. Даже когда солдатам его отделения Жерар Малихов выговаривал за мелочи во внешнем виде, он не сдвинулся и на палец. Складывалось полное ощущение, что он сошёл с ума. Если только забыть на мгновение тот маленький факт, что вчера ночью на него должна была напасть боевая группа, специально заточенная для устранения очень опасных целей. И это его спокойствие вгоняло меня просто в леденящий ужас. А ещё лейтенант подумал, что мы с Талером Соятовым так сильно переживаем о предстоящей миссии. Да, мы переживали, но не о бесконечных ордах жуков, нет, мы просто до дрожи в коленях боялись одного конкретного монстра. И он будет идти в строю, всего в нескольких шагах от нас. А шутка Чикира, казалось, выбила последнюю почву из-под моих ног.

Как ждал открытия портала, как проходил его, вспомнить не могу. Немного пришёл в себя только когда ощутил тяжесть шестов с масляным фонарем. Оказалось, что мы движемся маршем уже не меньше часа. Встряхнув головой, я осмотрелся вокруг. Влажный горячий воздух, ритмичные шаги солдат вокруг меня. Справа шёл Талер Соятов с не менее отрешённым взглядом чем, думаю, и у меня самого. Но стоило мне посмотреть на спину хромающего впереди старика Корвина, как ноги снова захотели броситься бежать. Я даже дёрнулся. Но крепкая рука Мареша сжала моё плечо, и страх отступил. Несколько раз глубоко вздохнув, я понял, что мои мысли слегка пришли в порядок. Ведь прямо сейчас господин Корвин меня точно убивать не будет, не на глазах же старших офицеров. Да и кто вообще сказал, что он знает о моей причастности к нападению на него? Наверняка я просто накручиваю сам себя. В этот момент мне удалось посмотреть на молодого Соятова даже с некоторым превосходством. Потому как он был целиком и полностью погружён в отчаяние.