Если Ся Ци была ближе всех к Гун Ямэй, она действительно могла знать о завещании. Чтобы быстрее получить наследство, убила Гун Ямэй, а затем подсыпала яд в суп. Чем меньше наследников, тем больше ее доля. – Возможно. Но это лишь бездоказательные предположения. Меня больше волнует другое. – Что же? – Никто не признался, что звонил в «скорую». – Да, я тоже удивился. Что ты думаешь? Тань Юн остановился и посмотрел на Ли Биня: – Тот, кто вызвал «скорую», скорее всего, и есть убийца. 5 Когда Тань Юн и Ли Бинь сели в полицейскую машину, Ли Бинь не стал сразу заводить двигатель, а повернулся к напарнику: – Почему убийца – тот, кто позвонил в скорую? Разве он не намеревался всех отравить? Логичнее было бы не вызывать помощь. – Простая логика подсказывает именно так. Но ты забываешь: чтобы инсценировать отравление, убийца сам должен был съесть ядовитого супа. Отсутствие симптомов сразу бросилось бы в глаза. С «огненным кораллом» невозможно точно рассчитать дозу. Никто не знает, сколько нужно принять, чтобы появились симптомы, но не наступила смерть. Да и распределение яда в супе неравномерное – один глоток мог случайно оказаться фатальным. Поэтому убийца должен был позаботиться о двух вещах: во-первых, не потерять сознание, во-вторых – обязательно позвонить в скорую. Иначе он рисковал умереть вместе со всеми. – Но как это контролировать? – возразил Ли Бинь. – Нужно и отравиться, и остаться в сознании, чтобы вызвать помощь. Разве это возможно? – Более чем. Все легко: сначала убийца притворяется отравленным и «теряет сознание» вместе со всеми. На деле же в этот момент он просто играет роль. Выжидает, пока некоторые умрут от яда, и только потом звонит в скорую. После звонка – быстро выпивает немного отравленного бульона, чтобы к приезду врачей уже появились первые симптомы. – Хитро… – протянул Ли Бинь. – Но в доме Ли Сюэли же были дети. Если отбросить слабоумного Гу Сяоляна, то Фань Вэньцзин могла заметить, что взрослые отравились… – Он вдруг осекся. – Тогда Фань Вэньцзин сама вызвала бы помощь. На это убийца и рассчитывал! – Верно. Но дети были в комнате и ничего не заметили, поэтому убийце пришлось делать все самому. Это была лишь моя догадка. Однако сегодня она практически подтвердилась, когда никто не признался, что звонил в скорую. Убийца, конечно, предвидел такой поворот, поэтому и не решается сознаться. – Может, нам стоит вызвать медсестру, которая ответила на звонок? Пусть послушает голоса всех членов «Большой семьи» – вдруг опознает? – Я уже спрашивал ее вчера.