понял, что допрос прошел впустую. Он хлопнул Тань Юна по плечу: – Лао Тань, я сразу знал, что Фань Кэ будет упорствовать до конца. Подумай сам: если он сознается, то не только сам сядет, но и его сообщнику впаяют смертный приговор. А это значит… – Ли Бинь горько усмехнулся, – что он не получит ни фэня из наследства. Вот и устроил спектакль. Играет на том, что у нас нет доказательств. – Черт возьми! – Тань Юн в ярости расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. – Он уверен, что мы ничего не найдем. Значит, контактировал с убийцей максимально осторожно. – Что будем делать? Через три часа истекут сутки – придется его отпустить. – Вот же! – Тань Юн помахал воротником на манер веера. – Давай изучим вчерашние и сегодняшние записи допроса. – Хорошо, посмотрим вместе, – согласился Ли Бинь. – Вдруг упустили какую деталь. В подсобке они включили запись вчерашнего допроса продолжительностью девятнадцать минут. После первого просмотра Тань Юн запустил повтор. Ли Бинь, считая это излишним, вышел перекурить. Через десять минут дверь распахнулась. – Ли Бинь! Иди сюда! – А? Нашел что-то? – Заходи, сам увидишь! Ли Бинь затушил сигарету, выбросил окурок в урну и быстро вернулся в подсобку. Видео остановилось на одиннадцатой минуте. Тань Юн нажал воспроизведение. На экране заговорил Фань Кэ: – Я тут ни при чем, клянусь. С матерью у меня были плохие отношения, больше года назад мы разорвали связь и с тех пор не общались. О ее смерти я узнал от Ся Ци. А про Ся Ци… только что от вас. Тань Юн нажал на паузу и посмотрел на Ли Биня. Тот казался озадаченным. – Ты нашел в его словах противоречие? – Не противоречие, а нечаянно раскрытую информацию. Вчера я не заметил, но сейчас… – Какую информацию? – Фань Кэ сказал, что разорвал отношения с Гун Ямэй больше года назад. – И что? – Гун Ямэй купила квартиру в «Юэхайване» два года назад. А Фань Кэ утверждает, что разорвал с ней отношения всего год назад! Ли Бинь задумчиво покачал головой: – Значит, когда Гун Ямэй переехала в Лиши, они еще не были в ссоре? – Именно! Мы упустили этот нюанс. Все автоматически предположили, что она приехала сюда после череды несчастий: банкротства компании, развода, разрыва с сыном… – Тань Юн внезапно ахнул. – Стоп! Это не мы предположили – так сама Гун Ямэй всем рассказывала. – И ты ни разу не проверил эти сведения? – Нет. Банкротство и развод – факты подтвержденные. Но я не учитывал хронологию. – Ты о последовательности событий? Что было сначала – переезд или несчастья? – Точно! – Но если ее компания еще была на плаву,