квартиры. Если что-то найдете, сразу несите сюда. – Хорошо. – Ли Бинь взял ключи и вышел. Цзян Мин и другие офицеры уже ждали у двери. Полицейские поднялись на лифте, чтобы тщательно обыскать жилище каждого. В квартире Тань Юна остались только члены «Большой семьи». – Лао Тань, – сказала Фань Линь, – я не сомневаюсь в методах полиции, но не слишком ли поздно проводить обыски? Что вы надеетесь найти? Ядовитый порошок или другие улики? Но прошло столько дней. Вряд ли убийца так глуп, что хранит доказательства у себя дома. – Верно, наверняка все уже уничтожили, – пробормотал Ван Синсин. – Только идиот хранил бы у себя яд после отравления… – Это уже наша забота, – ответил Тань Юн. – Мы знаем, что ищем, и скоро это найдем. А пока я могу рассказать о ходе расследования и раскрыть правду об убийстве двухлетней давности. – Лао Тань, ты вычислил преступника? – Ли Сюэли изменилась в лице. – Да. – Кто он? – Кое-кто из «Большой семьи». На лицах присутствующих отразилось потрясение. – Убийство двухлетней давности совершил кто-то из «Большой семьи»? – недоверчиво произнесла Ли Сюэли. – Но тогда мы еще даже не приехали в Лиши! – Большинство – да. Но один человек появился здесь раньше всех. И это Гун Ямэй. При звуках этого имени в комнате повисла гробовая тишина. – Лао Тань… – ахнул Ван Синсин. – Ты хочешь сказать, что убийцей была сама Ямэй? – Именно так. Тань Юн подробно изложил историю: как Фань Кэ встречался с Хэ Юйшань, как та назначила встречу его матери и как Гун Ямэй, защищая сына, совершила убийство. Во время рассказа он внимательно наблюдал за реакцией каждого, но за одним человеком следил особенно. Эта новость всех шокировала. В комнате воцарилось долгое молчание. – Так вот почему… – тихо проговорила Ли Сюэли. – Неудивительно, что сестрица Ямэй каждый раз, приходя ко мне, надевала деревянные четки из персикового дерева и иногда что-то бормотала про себя. Оказывается, она в этой квартире убила человека. – А я думала, Гун Ямэй начала носить эти четки только после того, как узнала от меня о «несчастливой» квартире, – сказала Фань Линь. – А она носила их уже давно… Я даже внимания не обратила. – И это также объясняет, почему Гун Ямэй включила меня в число наследников, – продолжил Тань Юн. – С самого начала это казалось мне странным. Хоть я и был частью «Большой семьи» и со всеми вами меня связывают хорошие отношения, я, строго говоря, не жил в комплексе «Юэхайвань» и не участвовал в ваших ежедневных посиделках. Гун Ямэй спокойно могла не включать меня в завещание.