Фань Линь. У Су Сяотун комок подкатил к горлу. Она принялась благодарить всех. Гу Лэй тем временем наполнил рюмку до краев: – Поднимаю тост за всех вас! Спасибо! Атмосфера вновь стала теплой и радушной. Фань Линь предложила: – Ся Ци, раз уж зашла речь о музыке – исполни что-нибудь для наших новых друзей, пусть послушают твое чарующее пение! – С удовольствием! – Жизнерадостная девушка, казалось, никогда никому не отказывает. Она вышла и через минуту вернулась с гитарой. Устроившись на табурете, грациозно закинула ногу на ногу и лучезарно улыбнулась: – Спою вам песню «Как много в этом мире людей»… Нежные переливы гитары заполнили комнату, а бархатистый голос Ся Ци заструился: Как много в мире лиц чужих, Средь толп распахнутая дверь. В глазах плескается рассвет, Он навсегда со мной теперь… Как много в мире лиц чужих, Но друг у друга будем мы. Задумчиво я вдаль гляжу, На фоне дня, на фоне тьмы… Вихрь разрывает ленту дней, Не оставляя даже теней. Хоть ясно вижу я твой силуэт, Людей полно, а вот звуков нет [13] . В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь звуками гитары и проникновенным пением Ся Ци. Су Сяотун ощутила, как звуки окутывают ее, – девушка пела настолько мастерски, что могла бы соперничать с профессиональными исполнительницами. Когда последний аккорд растаял в воздухе, все разразились искренними аплодисментами, и Су Сяотун, не сдерживая восхищения, тоже захлопала в ладоши. Гун Ямэй украдкой промокнула глаза салфеткой. – Ах, сестрица Ямэй, вы что, плачете? – Ся Ци тут же подбежала и обняла пожилую женщину за плечи. – Я разбередила ваши воспоминания? Если бы знала, выбрала бы песню повеселее… Гун Ямэй ласково потрепала девушку по руке: – Нет, ты пела так прекрасно, что я почувствовала настоящее счастье. Спасибо тебе, Ся Ци. Спасибо всем вам. Сегодня вы подарили мне ощущение семьи, которого мне так не хватало. Ся Ци тоже растрогалась до слез, прижавшись щекой к щеке Гун Ямэй: – Сестрица Ямэй, вы же знаете, что у меня нет мамы… Хотя я называю вас сестрицей, но часто чувствую, что вы мне как родная мать. – Будь у меня такая дочь, как ты, я бы сочла это за величайшее счастье… – Но разве она у вас уже не появилась? – Да… да, конечно. – Растроганная Гун Ямэй крепко обняла девушку. – Эй-эй, вы что, мелодраму тут снимаете? – притворно возмутилась Ли Сюэли, смахивая непрошеную слезу. – Вот довели, теперь и я реветь хочу! – Ну хватит сопли распускать, за дело! – Фань Линь взбодрила компанию. – Вечер-то какой! Жаль только, Лао Таня не хватает… Сюэли, ты его вообще