А остальные? – Я около восьми увела Вэньцзин домой делать уроки, – сказала Фань Линь. – Я ушел почти одновременно с ними, – добавил Гу Лэй. – Забрал Сяоляна и больше не выходил. Тань Юн отметил это в блокноте и перевел взгляд на оставшихся. – Да, Гу Лэй и Фань Линь сразу ушли с детьми, – подтвердила Ли Сюэли. – Остались только Юань Дун, Фэнся, сестрица Ямэй и я. – Чем вы занимались? – Смотрели сериал, который сейчас все обсуждают. – До которого часа? – До десяти. – Юань Дун помнил точно. – Сериал начинается в восемь, показывают две серии подряд. Как раз к десяти они заканчиваются. – А после? – Мы с Фэнся сразу ушли, – ответил Юань Дун. Шэнь Фэнся молча кивнула. Тань Юн закончил записывать и посмотрел на Ли Сюэли: – Значит, после этого в квартире остались только вы с Гун Ямэй. Взгляд каждого теперь был прикован к Ли Сюэли. Та всплеснула руками: – Что вы все на меня уставились? Да, мы остались вдвоем. Я предложила ей перекусить, и мы поели танъюань [18] с рисом. – И потом? – Ничего. Она поднялась к себе. – Во сколько примерно? – Минут через двадцать после ухода Юань Дуна и Шэнь Фэнся. Тань Юн, как человек с богатым житейским опытом, нахмурился: – Всего через двадцать минут? Моя жена тоже часто готовит танъюань. На то, чтобы просто воду вскипятить да все сварить, минут десять уходит. А только что приготовленные шарики обжигающе горячие. Неужели Гун Ямэй успела их съесть за пять минут и ушла? К чему ей было так спешить? – Она не доела… – Ли Сюэли опустила глаза. – Через пару минут извинилась и ушла. – Сколько именно она съела? – Меньше половины. Тань Юн задумался, постукивая ручкой по блокноту. – Тут что-то не так. Гун Ямэй согласилась перекусить – значит была голодна. Расточительства она никогда себе не позволяла. Всегда старалась доесть, даже если уже не хотела, – лишь бы не выбрасывать. Почему же в этот раз оставила больше половины? – Не знаю… – пробормотала Ли Сюэли. Отложив блокнот, он пристально посмотрел на нее: – Единственное объяснение: пока ты готовила, что-то отбило у нее аппетит. Потом она заставила себя проглотить несколько шариков и ушла. Скажи честно, Сюэли: о чем вы говорили в эти двадцать минут? Вы поссорились? Ее что-то расстроило? – Нет! – Ли Сюэли вскрикнула, чувствуя себя несправедливо обиженной. – Клянусь, ничего не произошло! Мы даже почти не разговаривали. Сестрица Ямэй была в гостиной, то телевизор смотрела, то в телефоне сидела, а я на кухне кипятила воду. Когда все было готово, я разлила танъюань по тарелкам и подала к столу. Сестрица