—Деньги не столь важны, — отмахнулась Мария. — гораздо ценнее связи с подпольем. Они уже не раз нам помогали.
—Другое дело, что эта чернота постепенно пятнает нас, утягивая всё сильнее.
—Продолжать или нет отдельная тема для обсуждения. — мрачно заметила Измаил. — Сейчас надо решить, что будем делать с прочими нашими делами. Стоит хоть как—то отреагировать на активизацию наших милых соседей.
—Голосуем?
—Я за сворачивание любой порочащей нас деятельности. — заявила Россия.
—Хорошо. — хмыкнула Мария. — Остальные?
—Таким образом был установлен преступный сговор двадцати трех лиц с целью незаконного сбыта элементов снаряжения канмусу, а также личной информации с целью наживы. — заканчивал делится последними новостями следователь. — Перекрестный допрос позволяет с высокой долей уверенности утверждать, что банда поймана полностью.
Шустро они, и суток толком не прошло, а всех уже поймали. Прямо герои невидимого фронта. Только сильно сомневаюсь, что такую сеть можно так быстро вскрыть.
—Быстра реакция мангуста. — продекларировал прочитанные неделю назад строки я.
—Прошу прощения? — вопросительно изогнул бровь мужчина, отвлекаясь от собственных заметок. — У вас есть вопросы касательно данного дела?
Резко дернув голову вверх—вниз, замираю уткнувшись взглядом в спокойного как слон мужчину. Порой я удивляюсь от того пофигизма, что демонстрируют в общении местные сотрудники тайной управы. И—и—интересно. Это у них профессиональное или мне просто везёт на подобный контингент.
—Эм—м, да. У меня действительно есть вопрос. Признаюсь честно в том, что понимаю в вашей…
—Нашей. — спокойно поправил меня мужчина.
—М—да, действительно. Нашей деятельности я понимаю немного. В основном то, что почерпнул из фильмов, книжек и тех немногих воспоминаний моего экипажа, кто имел схожий опыт. Ну и приписанный к экипажу офицер контрразведки тоже кое—что мне передал, как отдавший душу на корабле. Кхм. Так, о чем это я? Ах да. Меня удивляет скорость. Всё закончилось очень уж быстро. Ещё вчера городского голову арестовывают, а сегодня вы мне рассказываете о завершение операции. Как—то быстро…
—Вы ожидали воплощения в реальность шпионских романов? — впервые за наш разговор показал живую эмоцию мужчина, чьего настоящего имени я не знал. Мне казалось, что не знал. Все—таки следователь назывался при нашей первой встрече Петром Ивановым. Эмоцией той, к слову, была ирония.
—Да. — лаконично отозвался словно болванчик или те персонажи в аниме, что, не задумываясь отвечают на смущающие или опасные вопросы.
И видя, как мужчина уже собирается ответить, жестом прошу прощения.