Пришлось потратить много времени на то, чтобы найти подходящую лиану, убрать шипы и приделать к ним полотнище. Не забыл и про подобие хвостовых направляющих. С одной рукой управляться было непросто, благо Тлюм пришел мне на выручку. Мастерить старый гоблин умел. В итоге мы изготовили крайне грубое подобие планера, который надевался сверху. Разумеется, на данную поделку я всерьез не рассчитывал, но, если оно хотя бы немного поможет замедлить падение, уже не зря трудился.

— Теург с крыльями! Вот так представление, пака-пака! — заявил старый гоблин.

— Кстати, ты тут случайно не видел зверька небольшого с темно-красной шерстью?

— Зверька? На Кенебра разве что жуками перекусить можно, — задумался гоблин. — Но после водицы из глубокого озера да грибов почерневших любые зверьки могут привидеться! Пака-пака!

Тлюм засмеялся полубезумным хриплым смехом. Похоже, теперь я понял, почему старому гоблину нравится прозябать в этом варпом забытом месте.

Основная работа заключалась в переделке реактивного ранца Гарина. Я изорвал потоковое изделие, не повредив целостность проводников. По максимуму перенес все дюзы в район живота, прицепив пару штук в ноги и две дюзы оставил в районе плеч для того, чтобы маневрировать в воздухе. Вряд ли смогу держать ровный полет с помощью кривого планера. Собранного практически из дерьма и палок.

Подъемной силы реактивного потока все равно, скорее всего, не хватит. Но мне ведь и не требуется подниматься строго вверх. Достаточно перебраться на другую сторону. А значит, надо поискать место с наибольшим перепадом высот у двух берегов. Вскоре я нашел скалу, нависающую над пропастью. Откладывать надолго не стал. Прицепив самодельный планер к спине, попрощался с гоблином:

— Не поминай лихом, старик Тлюм.

— Воспари в небеса, Виктор! И не забывай применять свое самое сильное оружие! — постучал гоблин себе по голове.

— Обязательно.

Разбежавшись, я прыгнул со скалы. Воздушный поток подхватил крылья планера, но этого было мало, разумеется. Огненный эфир легко откликнулся на мои мысленные команды и потек по телу. Достиг видоизмененного жилета-ранца и вырвался из дюз ревущими язычками пламени. Я ощутил приличное давление. Небольшие реактивные струи держали меня в воздухе достаточно надежно. Теург-парапланерист неуклонно летел вперед, на другую сторону каньона.

Я почувствовал небывалое воодушевление. В полетах через плотную атмосферу существовало свое очарование, как и в плавании в дальнем космосе или глубинах варпа. Надо иногда выбираться на земные просторы, хоть я сушу не слишком жаловал. Привык к пустой черноте за окнами иллюминаторов, потрескивающему гудению протонных двигателей и нестабильной искусственной гравитации. Мой дом находился за пределами планет.