Тело падшей быстро испарилось в струях протонного пламени, почти не оставив пепла. Имя и заслуги служителя Хаоса после смерти предаются забвению. Нельзя о нем говорить в позитивном ключе. Хаос — это не какая-то зараза или болезнь. Хаос — это твоя собственная слабость. Именно ты поддался искушению, дал волю пагубным эмоциям, страстно захотел силы или других даров изменчивой стихии. Падшие сами избрали свою судьбу, поэтому нет им прощения.

Будь ты хоть трижды Искусник-ремесленник, падение обнуляло все твои достижения. Впрочем, несмотря на упадок, память об Аласторе Ройсе смогла сохраниться через века. И от потоковых изделий моего производства никто отказываться не стал. Они и не подозревали, что при создании ремесленных творений был использован порицаемый обществом Хаос.

Люди начали расходиться, обсуждая невероятный случай. Все же служителей Хаоса аннигилировали в Академии не так уж часто.

— Виконт, для чего вы меня пригласили? — поинтересовался командор Варгас, который все-таки явился на церемонию.

— Мне показалось, вам будет полезно поприсутствовать на процедуре. Вы ведь общались с моей служанкой? — озвучил я свои догадки.

— Было дело, — заметил командор туманно.

— Мои сокурсники, судя по всему, могли быть обмануты эмиссаром, не зная, с кем разговаривают. Эманации Хаоса способны развить и усилить негативные эмоции…

— С чего вы решили, курсант, что теургу ранга Магистра это неизвестно? — хмыкнул Варгас, перебив мою речь.

— Тогда почему вы…

— Справедливость, виконт. Я всегда предоставляю выбор, в отличие от вашего отца, — в голосе Варгаса звякнула сталь. Похоже, речь шла о конфликте лордов шестилетней давности. — Доброй ночи, курсант Гарин.

Командор удалился неспешной походкой. Мы с Кирхе проводили его задумчивыми взглядами.

— Вот так поворот! — покачал я головой. — Выходит, Варгас знал или подозревал, что Вилсана могла быть эмиссаром и пыталась влиять на его разум. Но ничего не сказал, не предупредил. Оставил все, как есть, и при этом стал ставить меня на самые опасные направления. Эмиссару удалось повлиять на командора?

— Это всего лишь ваши догадки, Виктор, — заметила Кирхе. — Если бы командор подозревал Вилсану в падении, то обязан был сообщить Святой Инквизиции.

— Может, он сам падший?

— Маловероятно, но не исключено, — качнула головой девушка. — Оставьте вопрос поиска служителей Хаоса нам. Инквизиция со всем разберется. В конце концов, решение о проникновении на рейдер и корабль дейров вы принимали сугубо самостоятельно. Лучше подумайте о том, как самому избавиться от эманаций Хаоса, которые вам могла внедрить Вилсана.