— Начинаем с твоих фамильяров или с людей?

— Смотрим по обстоятельствам. Если будет возможность вытащить людей и не поднять тревогу — так и сделаем. Хотя бы некоторых. Уходить будем через территорию академии. Там охрана есть, но не думаю, что нас засекут. Самое сложное — преодолеть периметр академии. Он весь испещрён охранными защитными заклинаниями, сигнализацией. Моя телепортация и ваше хождение по теням с лёгкостью справятся с этой задачей, но… Есть ещё банальные камеры и прохожие стражи. Поэтому всем, кого вытянем, дадим форму охраны академии… Пересечём академию, а дальше попробуй нас найти в ночной Москве.

— Хорошо. Я помню эту часть плана.

— Да я больше для себя… Нервничаю слегка. Я ведь был уверен, что после моей демонстрации в Болгарии этот упрямый баран, сделав выводы, не станет так себя вести.

— Одно дело слышать, как кто-то геройствует, другое дело видеть своими глазами. Я тоже слышал о твоих подвигах, но непобедимым тебя не назову…

— Я и сам не назову. Но разрушительным — легко. Османы скрывают статистику потерь. Разведка видит лишь примерные данные и не может отличить мои диверсии от партизанских атак болгар. Я очень много людей там убил. Очень. Не тысячу и не две. Одни взрывы складов с боеприпасами чего наделали…

— О складах я даже и не слышал.

— Ну вот. Кроме этого взорвал ставку командования с генералами. Уничтожил Архимагов… Семерых. Одного пленил. Других магов даже не считал. Некогда было. Странно это всё… Очень странно. Неужели наша разведка настолько ошиблась, приписав мои достижения болгарам? — удивлялся я.

— Всё может быть… Ну что, я подгоню машину к установленному месту?

— Да, я буду там, в районе усадеб, разведку проводить, — кивнул Павлу, и мы разделились.

Спустя два часа, когда вся подготовка была выполнена, Бортников нашёл меня. Я сидел в гараже одного из домов, владельцы которого уехали по какой-то причине. Камеры стояли в каждой комнате, но я парень удалой: взял да и рубанул свет во всём доме. Со стороны даже и не заметят, а я не попаду в объектив.

— Ну что, как разведка?

— Всё печально. Рядом с каждым человеком и фамильяром охранник. Кроме этого, есть три группы поддержки: в моём доме, на участке и в доме Бабули и Дедули, которые тоже сейчас сидят у меня вместе со всеми.

— Они и их задержали? — удивился Павел.

— Нет. Скорее они решили не оставлять никого. Пока меня не было, Виви и другие фамильяры испытывали сильный голод и истощение. Можно сказать, болели. Сейчас, когда я рядом, они приходят в себя, и это стало сигналом для их стражи, что где-то рядом с ними их мастер. Вот и дежурят круглые сутки, меняясь каждые двенадцать часов.