Двери открываются.

— Папа? Что происходит...

Мое тело напрягается.

Боже мой.

Люди ревут и кричат от боли. Громоподобный звук выстрелов ударяет мне в уши. Я застываю, пули проносятся мимо меня, ударяясь в стену позади меня, когда я задыхаюсь от крика.

А потомон поворачивается. Огромный, неуклюжий, похожий на зверя человек поворачивается ко мне, и мое сердце замирает. Он великолепен — темные волосы, пронзительные ярко-голубые глаза, выпуклые мышцы плеч и чернила татуировки, струящиеся по его предплечьям и шее из-под рубашки.

Он старше. Вероятно, ему было за тридцать или около сорока, с едва заметным серебром по бокам его коротких волос.

Он великолепен, но в то же время абсолютно ужасен. Он поворачивается ко мне, и его пронзительные глаза впиваются в меня. На секунду мой взгляд отрывается от него, скользя мимо, где я внезапно вижу своего отца, стоящего с группой своих людей.

—Папа ?

Мужчина передо мной напрягается. Его челюсть сжимается, а глаза, кажется, яростно горят в мою сторону. И вдруг он бросается в атаку.

Я кричу, но его огромные руки хватают меня, поворачивая, сильно прижимая к его огромному, выпуклому телу. Как будто у его мускулов есть мускулы. Он просто...твердый . Он весь как скала.

И это не должно меня так волновать.

Его огромная рука обвивает мою шею, и я задыхаюсь. Металлический ствол пистолета прижимается к моей голове, и я холодею цепенея.

—Пожалуйста... - шепчу я, задыхаясь.

Мой отец и его люди обегают вокруг строительной машины и останавливаются, когда видят меня в плену.

— Тыублюдок !! — Кричит мой отец. — Пусть она...

— Он останется в живых! — Огромный мужчина, держащий меня, рычит. Я оборачиваюсь и вижу еще одного человека, которого не знаю, истекающего кровью и страдающего от боли.

Мужчина, держащий меня, не заканчивает свою мысль. Но выражение лица моего отца говорит, что он все понимает.

Мне хочется закричать, но я так напугана, что едва могу дышать. Здоровяк втаскивает меня обратно в лифт. Его рука вырывается и нажимает кнопку закрыть дверь. Паника поднимается во мне, когда двери закрываются. А потом мы остаемся одни.

Я смотрю на отражение в зеркальной двери: я в объятиях этого абсолютного монстра-мужчины. Он почти на два фута выше моих пяти футов трех дюймов. И все мускулы; все выпуклые плечи и руки, большая грудь и сильные на вид руки.

— Пожалуйста... Я задыхаюсь от ужаса. — Пожалуйста, не делайте больно...

— Как тебя зовут, solnyshko? — шепчет он. Он протягивает руку и нажимает кнопку пентхауса моего отца.

— Я не причиню тебе вреда, — тихо говорит он, когда я не могу ответить. Его руки по-прежнему крепко обнимают меня. Но пистолет отброшен в сторону.